Меню

Лечение алкоголизма в храме

Как вылечить алкоголика и наркомана?

Диакон Григорий Григорьев служит в деревне Юкки Ленинградской области.

Наш разговор — о зависимостях. Лечением алкоголизма и наркомании доктор Григорьев, директор Международного института резервных возможностей человека, сопредседатель экспертного совета при Координационном центре по противодействию алкоголизму и утверждению трезвости Русской Православной Церкви, сопредседатель Всероссийского Александро-Невского общества трезвости, занимается уже три с половиной десятилетия.

Человек должен уйти от врача больным

— Есть такой закон в психиатрии «10 000 здоровых не убедят одного больного, но один больной убедит 10 000 здоровых», — объясняет отец Григорий, разливая по кружкам крепкий китайский чай пуэр. — По сути дела, любая зависимость, в том числе алкогольная, – это психическое заболевание, а любое психическое заболевание начинается со снижения критической самооценки — человек не считает себя больным.

Жена говорит пьющему мужу: «Иди лечиться», а он отвечает: «Тебе надо – иди лечись сама». А для исцеления нужно большое, искреннее желание.

Это как покаяние: основа покаяния в грехе – желание перемен. Само слово покаяние по-гречески значит «перемена ума». Покаяться в неосознаваемом грехе невозможно.

Представим себе: здоровый человек приходит на обследование, ему делают УЗИ.

— У вас ничего не болит?

— У вас там в правой почке камень. Что, и тяжести не бывает?

— А печень не болит у вас?

— Нет. А что с ней?

Человек вышел от врача, и у него заболели и печень, и почки.

Вот и психиатр должен так построить беседу с пациентом, чтобы человек сам поставил себе диагноз. Тогда появляется желание лечиться. Беседа, в результате которой человек осознает свои немощи, болезни и понимает, в чем они выражаются, должна стать глубоким потрясением личности.

Зарок: просьба о помощи

У любой зависимости, как у сказочного змея, есть три головы: психическая зависимость, физическая и духовная.

Психическая зависимость – это когда перестает вырабатываться внутренний алкоголь и человек нуждается во внешнем; физическая – когда появляется тяга к употреблению и постоянно увеличивается доза, а духовная – когда мысли лезут в голову.

Человеку надо объяснить, что психическую и физическую зависимость он может преодолеть сам или с помощью лечения. Но духовную – нет. Потому что человек не может контролировать не свои мысли. Необходимо получить помощь Божью.

Есть такое понятие — «зарок». Это искреннее обращение к Богу: Господи, я обещаю Тебе не пить, если Ты дашь мне для этого силы. Так попросить больной может только сам, и никто за него это не сделает.

Зарок отличается от обета. Зарок – это обещание не делать злого дела, а обет – это обещание сделать доброе дело.

Например, болеет ребёнок, мама молится: «Поправится ребёнок – поставлю часовню». До революции, когда отец семейства в церкви давал зарок от пьянства, вместе с ним приходили его супруга с детьми и давали обет. Они сами никогда не пили и пьянством не страдали, но делали это, чтобы поддержать близкого.

Мы стараемся провести первую беседу так, чтобы человек пришел к зароку и таким образом восстановил отношения с Богом.

Принудительное лечение зависимостей: не от хорошей жизни

— То есть первая беседа алкоголика или наркомана может быть и не по его инициативе?

— Она почти всегда будет не по его инициативе. Чаще всего человек приходит по настоянию родных.

— А насильно лечить можно? Как вы относитесь к деятельности Евгения Ройзмана и Егора Бычкова?

— Нельзя сказать, что это недопустимо. А если зависимый хулиганит, ведет себя безобразно? На принудительное лечение идут не от хорошей жизни.

Единственное, что нужно понимать: результат при принудительном лечении будет ниже, чем при добровольном, как в лечебно-трудовом профилактории – человек из него выходит и снова начинает пить. Но когда речь идет о жизни и смерти, то хоть какой-то результат — уже положителен.

Если же с человеком, переставшим пить или употреблять наркотики насильно, провести реабилитационную работу, то можно достигнуть успеха.

Что же касается Егора Бычкова, то я не думаю, что он и его коллеги применяли настоящее насилие. Помните, как Одиссея привязывали по его просьбе, когда проплывали мимо сирен? Ведь пациентов не в мешке к нему привозили. Значит, с их стороны было некое добровольно изъявленное желание.

Мне кажется что на него наехали не из-за того, что он плохо реабилитировал, а из-за того, что хорошо. Видимо, задел много кого… Потому что всем, на самом деле, наплевать и на насилие, и на наркоманов.

Единственная ошибка, которую совершил Бычков — не оценил ситуацию, в которой находится, и таким образом подставил под удар все свое дело. Было понятно, что рано или поздно он на этом погорит. Ему стоило сказать, что, в принципе, ты все делаешь правильно, но прекращай, закончится плохо.

Думаю, перегибал он по молодости, по горячности. Надеюсь, сейчас откорректировал свою программу.

Сухая ломка или «качели»?

— Ну а то, что в центре у Бычкова голодом морили? Хлеб, лук, чеснок и вода…

— Идея очень правильная. В старые времена все зависимости лечили голодом. Потому что во время голода наступает очищение организма и резко уменьшается интоксикация.

Пример: если человека лечить медикаментозно, то сон у него будет расстроен полгода. А если его лечить голодом и воздержанием, то сон у него через пять дней восстановится.

Сухие, т. е. без обезболивания, ломки всегда быстрее проходят. Сухая ломка – это своего рода мобилизация резервов организма. А медикаментозное лечение – это зачастую снижение резервов.

Поэтому в советское время была стратегия сухих ломок, а медикаментозное лечение воспринималось, как элемент неотложной медицины, если есть риск для жизни.

— А говорят, при ломке человек может умереть от болевого шока…

— Это все ерунда. Разумеется, если у человека нет порока сердца или какой-нибудь врожденной аномалии. Во всяком случае, мой опыт лечения наркоманов говорит, что от сухих ломок гораздо лучший результат.

Кроме того, есть эффект воспитательный: у человека остается страшное воспоминание о наркотиках. Если его на время ломки усыпить, то он проснется — и что изменится? Какой он вывод сделает?

Если лишать трудностей, то человек ничего менять не будет — зачем? И так хорошо.

И «лечение» будет проходить по такой схеме: наркоману нужна все большая и большая доза, он получает все меньше и меньше кайфа, он идет в клинику, его «чистят», ему нужна теперь для кайфа меньшая доза — и все, он опять начинает принимать. Через два-три месяца все повторяется: «Я же хочу лечиться, а мне ничего не помогает — такая болезнь!»

Врачам тоже хорошо – больше капельниц, больше заработок, и совесть чиста. Такая болезнь, помогаем, как можем!

Больные называют такое лечение «качелями».

Кофе с амфетамином для наших детей

— А кому, если подумать, вообще нужен результат?

В древние времена был в китайской деревне один врач. Все здоровые платили ему налог, а когда кто-то заболевал – он его лечил за свой счет. Так возникла профилактическая медицина – врач был кровно заинтересован, чтобы никто не болел. И оттуда пошла поговорка: «Болезнь надо лечить за три года до начала, а не за три дня до смерти».

А в данном случае, горе пациента – это прямой доход врача.

— А возможна ли вообще профилактика зависимостей?

— Не только возможна. Это самое главное в их лечении. Профилактика должна проводиться и в детских садах, и в школах.

До революции в каждом учебном заведении был обязательный предмет – наука о трезвости. Надо рассказывать правду о том, что такое наркотики, что такое зависимости: кто предупрежден, тот вооружен. А дальше человек сам решает.

Ведь у нас никто этого не делает, и человек по незнанию зачастую беззащитен перед этими веществами!

Когда наркомана спрашиваешь, почему он начал употреблять, что он отвечает? «Думал, что ничего не случится», «Любопытно», «Интересно, попробовал», «Был уверен, что с одного раза ничего не будет». Никто же не собирался наркоманом становиться.

А алкоголики откуда берутся? Был уверен, что ничего не случится, если буду пить понемногу.

Так общество настроено, все так говорят.

— Бывает такое, что ребенок из хорошей семьи, где не пили, не курили и вдруг…

— Это тусовка! Все принимают, смеются, о последствиях не думают и не знают.

В элитных школах бывает еще хуже: дети добавляют немного амфетамина в кофе и на переменах его принимают с невинным видом. И ребята еще считают, что они продвинутые и ведут здоровый образ жизни, не понимая, что уже подсели на настоящие наркотики.

Вообще так называемые «молодежные наркотики» – самое страшное дело. Психостимуляторы, амфетамины способствуют сексуальному раскрепощению. И потом человек в принципе уже не может без них заниматься сексом, для него он становится тяжелой работой и просто наказанием. В этом возрасте идет гормональное созревание и физиологически человек меняется. Потом уйдут годы на то, чтобы человека привести в норму.

«Сатанинская прелесть»

— Больным себя человек начинает считать через несколько лет после того, как перестает принимать психоактивные вещества. В этом состоит драматизм ситуации: желание лечиться возникает в процессе трезвой жизни. И чем больше не употребляешь, тем больше себя считаешь больным.

— Как в духовной жизни: чем сильнее человек кается, тем сильнее видит свой грех…

— Да, и в связи с этим еще важно помнить, что зависимость идет рука об руку со грехом – всегда высока опасность возвращения. У каждого человека есть слабое место, своя Ахиллесова пята. Если есть предрасположенность к диабету, то даже если ты диетой его преодолел, то надо всю жизнь себя ограничивать. Если ты забудешь об этом, то сразу споткнешься.

— А почему вообще возникает потребность пить, употреблять наркотики, курить?

— Давайте посмотрим на это вот с какой стороны. Какова основная цель православия?

Помните: преподобный Серафим Саровский — о цели христианской жизни? Стяжание Святого Духа, получение благодати. Потому что благодать дает мир в душе, радость, покой, свет. Но получить ее очень трудно – надо жить по заповедям, прилагать усилия. Царствие Небесное берется силою.

Так вот, всякая зависимость – это манипулирование радостью жизни, своего рода попытка прельщенного украсть «благодать» с черного хода. Бес приходит к человеку и говорит: а что тебе в большой очереди стоять, трудиться, платить? Ты смотри: вот сюда можно зайти, дверца открыта, там можно взять то же самое, только без очереди и бесплатно.

Человек идет и берет. А потом оказывается, что за удовольствие надо платить. Бес знает физиологическое устройство человека и подсказывает человеку, как включить при помощи химии механизмы, которые святые отцы включают при помощи благодати Божьей и огромного труда.

Включить-то можно, но потом включаются и другие механизмы возмездия.

Вначале человек «балдеет». А потом надо употреблять не для того, чтобы стало хорошо, а чтобы не было плохо. Как это у Берроуза было в «Голом завтраке» — «откупиться от обезьяны».

То есть зависимость от Бога – это когда все люди хотят быть счастливыми в Боге. Божью благодать трудно получить и легко потерять. А «сатанинский» кайф получить легко, зато потом никак не отвязаться от нечистой силы.

— У преподобного Симеона Нового Богослова радость от богообщения сравнивалась с вином.

— А есть, есть сходные черты. Только это то вино, от которого нет ни опьянения, ни похмелья, ни ломки, а есть только состояние внутреннего счастья.

Я алкоголик, не пью уже 30 лет

— Как вы считаете, проблема зависимости — социальная или индивидуальная?

— Она стала социальной, потому что это не эпидемия и даже не пандемия — это состояние общества.

Я думаю, что распространение зависимостей связано с тем, что в нашем обществе разучились различать добро и зло. Все так живут, все что-то принимают – вроде как это и не страшно.

Это особенно видно на алкоголе. Если человек в какой-то компании отказывается от выпивки, то ему обязательно зададут вопрос: «Почему не пьешь? Ты болен?»

Я не принимаю спиртные напитки тридцать лет, и меня часто спрашивают:

— Ну вот ты можешь немного выпить и остановиться, а я, когда немного выпиваю, – у меня крышу срывает, я становлюсь злобным, агрессивным, могу стулом тебя по башке ударить. Не контролирую себя.

— Ну, значит, не надо пить.

— Я тоже так решил.

— А давно с тобой такое?

Ещё никто не сказал мне: «Какой ты алкоголик? Ты не пьешь 30 лет, ты просто над нами смеёшься!» Наоборот, то, что 30 лет не пьешь, – это окончательный диагноз. Потому что пьянство считается нормой жизни.

Так же с наркотиками: «все принимают». Большая часть наркоманов принимает вещества, которые они не считают наркотиками: героин – это наркотик, а, скажем, амфетамин – нет.

Конечно, у нас в нашем обществе – это глубоко социальная проблема.

Конкретный человек, конечно, имеет возможность сопротивляться этой пропаганде. Вот я и не пью. И все мои знакомые, глядя на меня, не пьют — не потому, что я кого-то призываю к этому, а просто видя на моем примере, что, оказывается, можно жить и без алкоголя. Я буду сидеть за праздничным столом, и у меня будет хорошее настроение. Я вон чай пуэр себе заварю, и мне будет очень хорошо, значительно лучше, чем от алкоголя.

Марихуана против алкоголизма?

— Есть мнение, что алкоголизм и наркомания – это проблемы принципиально разные: алкоголизм от невоздержанности в винопитии, наркомания — употребление изначально запрещенного…

— Это не просто одного поля ягоды, это разные ступени одного и того же. Сначала человек курит, потом пьет, потом принимает наркотики. Не бывает такого, чтобы человек не пил, не курил и начал сразу принимать героин. И так же, когда он перестает принимать героин – он начинает пить. Эти вещества заменяют друг друга, чем и доказывается, что зависимость от них — одно и то же явление.

Более того. Вообще все зависимости переходят одна в другую. Любой наркоман знает, что бутылка водки снимает героиновую ломку. Перестаешь принимать наркотики – будешь больше пить. Станешь меньше пить – начнешь больше курить. Перестаешь курить – начинаешь объедаться.

На этом построена так называемая «метадоновая программа», когда героиновых наркоманов «пересаживают» на метадон.

— И как Вы относитесь к такому методу лечения?

— Крайне отрицательно. Это не лечение – один наркотик заменяется другим.

А была еще марихуановая программа, о ней сейчас мало кто помнит. Не задумывались, почему травка легализирована в Европе? А это было сделано под флагом борьбы с героином. Предполагалось, что если начать продавать травку, то снизится потребление тяжелых наркотиков. Этого не произошло, а вот употребление марихуаны возросло на 45%.

Но лечить зависимость от одного зависимостью от другого недопустимо. А сейчас в мире присутствует такая тенденция: поставить на учет и давать наркотик у врача. И назвать это борьбой с наркоманией. А на самом деле, это просто перевод наркомафии на легальное положение.

— А на какие медикаменты можно переключать зависимого?

— Ни на какие. Все лекарства в какой-то степени наркотики. Собственно, поэтому их курсами проводят, и со времен Гиппократа после медикаментозного лечения всегда проводилась очистка организма. А сейчас человека только накачивают.

Конечно, разница между анальгином, аспирином и героином есть. Они все-таки в разной степени повреждают организм. Но вообще, если мы обратимся к истории медикаментов и наркотиков, то увидим: что сегодня считается наркотиком, вчера было медикаментом. Например, героин выпускала в таблетках немецкая фирма «Bauer», как лучший антидепрессант начала XX-го века.

И это важный нюанс. Сегодня таблетка, завтра психоактивное вещество, послезавтра наркотик.

Все, что называется наркотиками, наиболее точно отслеживает антидопинговый олимпийский комитет. Вот то, что там есть – это и есть наркотик.

В лечении наркомании важно понимать: линия обороны должна проходить как можно дальше от крепостных стен. Подобное подобным не лечат.

Миф о «культурном потреблении»

— Как Вы относитесь к культурному потреблению алкоголя?

— Если вы приедете в Севастополь, вас наверняка повезут на экскурсию в древний город Херсонес. А в Херсонесе покажут развалины древнего города возле Владимирского собора и расскажут, что в Херсонесе было 14 000 жителей и среди них один винодел. От дома винодела хорошо сохранился фундамент: там три каменных пресса, на которых рабы отжимали вино. Из этой археологической находки делают вывод, что в Херсонесе уже в IV-V веке существовала культура пития.

А теперь я Вам скажу, как пили древние греки. Мужчинам разрешено было пить после 35 лет при наличии сына. Женщинам было запрещено пить пожизненно, за однократный прием алкоголя могли казнить или изгнать из города.

Вино разбавляли водой. Существовало три нормы разведения: 6, 8 и 12 литров воды на литр вина.

А вот рабам давали пить только неразбавленное вино второго и третьего отжима. Знаете, для чего? Чтобы легче было ими управлять. Чтобы на их примере воспитывать молодежь – показывать, во что превращается пьяный человек. А превращается он в ломовое животное, которому ничто в жизни не интересно. Днем он в каменоломнях работает, вечером ему дали стакан – и хорошо.

Так что культура потребления – это, в первую очередь, низкопроцентный алкоголь. То же самое было в древней Иудее.

А мы сегодня пьем то, что горит синим пламенем, и вспоминаем Кану Галилейскую, говорим, что Христос был не против вина.
Современный алкоголь — яд

У нас сейчас вообще нет вина, сплошная синтетика.

Сейчас все, что мы называем алкоголем – это зачастую боевые отравляющие вещества. Все делается из гидролизного спирта – это не самогон, полученный путем сбраживания, а результат химической реакции, который потом очищают от сивушных масел особыми ядовитыми веществами. Частично они растворяются и остаются в этом спирте. По вкусу он нормальный, а по качеству – эти токсические вещества, как радиация, накапливаются в организме, а потом человек умирает.

Время такое — эра консервантов и химикатов. Мы ими дышим, мы пьем грязную воду, едим загрязненное мясо. Раньше в одну могилу можно было хоронить несколько тел с промежутком в 20-30 лет, а современный человек очень долго не разлагается, потому что «забальзамирован» при жизни.

И это не имеет ничего общего со святыми мощами. Просто в организме человека сохраняется от одного до двух килограммов шлаков, состоящих из химических веществ, которые он накапливает за свою жизнь. В том числе и из алкоголя.

Европа спивается

— Три четверти человечества на сегодняшний день не употребляют спиртного. Где государство запрещает, где есть религиозный запрет – там есть трезвость.

Мусульманский мир – 27 стран – жесткий сухой закон. В Саудовской Аравии – смертная казнь за прием алкоголя. Индия – индуизм запрещает. На Тибете никто не пьет. Китай – 95% не пьет.

Смотрите так же:  Церкви и храмы алматы

Ну и что получается? Пьет белая часть человечества. И как краснокожие вымирали, так и белые вымрут. А народы, которые не пьют, заселят территории спившихся.

Кстати, народы — традиционные производители алкоголя сейчас спиваются: Молдавия, Франция, Германия…

— Европейцы спиваются?!

— Так французов уже не осталось – одна арабская молодежь.

— А Кавказ – Грузия, Абхазия. Традиционно пьющие регионы…

— В Грузии пьют не так много, как об этом говорят. Грузины никогда не напивались, у них винопитие было очень умеренное, по праздникам. Они пили слабые спиртные напитки в определённых условиях, в которых опасность зависимости была доведена до минимума.

А у нас она доведена до максимума. У нас само национальное отношение к слабым спиртным напиткам – презрительно-насмешливое.

Да и вообще, мы историей своего государства уже доказали, что пить в меру не умеем. И никогда не научимся. Мы – вымирающий народ. В таком состоянии продолжать упорствовать в идее «культурного пития» – неправильно.

Это не значит, что нет людей, которые не могут пить в меру. Но физиологическое устройство человека обусловлено здоровьем, полученным от предков. Если у человека 5-6 поколений трезвенников, то зависимость будет развиваться медленнее.

Есть народы, которые медленнее спиваются, например, семитская группа. Но эти народы и не пьют. Еврей-алкоголик – это редчайшая ситуация. В Израиле даже нет наркологических клиник: если у человека есть зависимость – а это, как правило, репатриант из России, — то ему дают инвалидность и платят пособие.

Быстрее спиваются народы азиатской группы: китайцы, корейцы, японцы, чукчи, эвенки, северные народы, имеющие так называемый «азиатский ген».

У славян эти показатели средние, но в России много азиатской крови вследствие татарского ига.

Сейчас практически нет чистых национальных генов, все народы перемешаны. Но никогда не было таких некачественных веществ.

Как перестать пить?

— Если у нас в обществе настолько искаженное представление об алкоголе, то какая может быть мотивация к трезвости?

— Мотивация может быть только одна. Для того чтобы человек вышел из состояния лжи, ему надо говорить правду. Если бы СМИ начали говорить правду, то, наверное, многие люди бы задумались. Люди, попавшие в зависимость, освобождаются только под влиянием какого-то стресса. Когда человек бросает курить? Чаще всего после инфаркта или когда ноги отрезают.

Правда и страх — больше никаких способов нет. Правда – это форма Божьей любви.

А пока будут создаваться мифы о том, что «пить полезно», ничего не изменится.

Обратите внимание: дети пьющих родителей в 80% случаев не пьют, насмотревшись на родителей.

— А как же дурная среда?

— Ну вот, бывает такая реакция отторжения. Зато сейчас они переходят на наркотики. Они не хотят, как мама с папой, говорят, что хотят жить быстро и умереть молодыми.

На самом деле, это бравада. Просто в юном возрасте нет понимания смерти, они думают, что будут жить вечно.

— Недавно появился запрет на ночную продажу алкоголя. Как вы считаете, это переломит ситуацию?

— Любая форма запрета снижает опасность. Все эти законы проходят со страшным сопротивлением. Все производители алкоголя борются с запретами. Это показатель того, что для них это убыток.

Надеяться на то, что что-то будет переломлено, не стоит. Но будет меньше смертей, меньше психозов, меньше трагедий. Первое правило борьбы с искушением – убрать источник искушения. Уменьшается искушение — уменьшается и грех.

А сухой закон даст полную победу над алкоголизмом. И все рассказы о самогоноварении при сухом законе – это просто смешно.

— Почему?

— Потому что если государство захочет вычислить самогонщиков, то оно это сделает.

— По деревням?!

— Элементарно, соседи сразу напишут донос.

— Потому что нас так приучили. Свои же сдадут. Алкоголик сдаст, жена напишет, скажет: муж напился. За год все уничтожится при желании.

— Во время перестройки не уничтожилось.

— Весь драматизм перестроечной ситуации состоял в том, что борьба велась отчасти, всего два-три года, и решала другие задачи.

Насколько я понимаю, смысл этой борьбы был в следующем. Каждые 10 лет при советской власти принимался ограничивающий закон. Но всегда все заканчивалось увеличением продажи на 20%.

Почему? Подозреваю, дело в том, что у государства была монополия на продажу водки. И из выручки складывался в том числе и фонд зарплат. Когда нужно было повысить зарплату – нужно было увеличить продажи водки. Поэтому создавали дефицит, а потом открывали кран.

— После того, как запретили ночную продажу алкоголя, люди стали брать больше, чем им надо. В результате отравления бывают даже чаще.

— Я думаю, что это тоже будет иметь место, но временно, потому что у алкоголика всегда нет денег. Потом все выровняется и будет положительный результат.

И у нас вообще есть такая тенденция: крупу начинают закупать, соль, сахар, спички. Но это все ненадолго. Ну, закупили, потом жучки сожрали крупу, и крупы больше нет. Закупили водку, выпили, отравились, а потом денег-то нет. И больше не закупишь.

— То есть, чтобы преодолеть алкоголизацию населения, надо не только избавиться от алкоголя, но и какое-то время не повышать уровень дохода?

— Если бы сейчас всем дали хорошую работу, крепкое здоровье и материальное благополучие – пить бы стали намного больше. Мнение, что депрессия является результатом социальной напряженности, ошибочно. Как быть с Голландией? Социальной напряженности там нет никакой, а процент депрессий катастрофически высок.
Без благодати

— Мы говорили о зависимостях в медицинском смысле, но есть зависимости другого рода…

— Все зависимости лучше всего описаны в «Сказке о золотой рыбке». Сидит старуха на берегу моря, новое корыто надо. Нормальное желание. Появляется корыто – тут же доза начинает возрастать. Избу. Тоже нормально. Потом надо быть боярыней, потом царицей. А когда царицей стала – дальше некуда – надо рыбку унизить. Если бы рыбка и это выполнила, тогда бы старуха сказала: «Хочу уху из золотой рыбки».

Чем больше доза, тем меньше кайфа и больше ломки. И это характерно для любой зависимости: к деньгам, к власти, к веществам. Преподобный Серафим Саровский говорил, что есть три вида капитала: денежный, чиновный и духовный. Если для человека духовный капитал превыше всего, то он не попадает в зависимость от денег и чинов.

Об этом же говорил Господь: ищите прежде Царствия Небесного, а все остальное приложится. Беда не в деньгах и не в чинах, а в зависимости.

У Климента Александрийского есть трактат о богатстве, где он пытается определить: много — это сколько? И приходит к выводу, что нет конкретной суммы. Можно попасть в зависимость от малой суммы, а можно от большой. Если есть благодать – ничего не страшно. А нет – нет и иммунитета к зависимости.

Есть такой образ: «Монах может привязаться к одной пуговице и погубить свою душу».

— То есть нормальное состояние для общества, чтобы не попадать ни в какие зависимости, – это аскеза?

— Нет. Нормальное состояние для общества — это стяжание благодати Святого Духа.

Есть много примеров богатых людей, которые были близки Богу. «Что даровано судьбою – пусть вам будет в утешенье. Пусть работает работник, воин рубится в сраженье», – писал Шота Руставели в поэме «Витязь в тигровой шкуре». Кстати, он прославлен в лике святых.

Как в Древней Церкви выбирали епископа? Епископ должен быть мужем одной жены, хорошо управлять своим домом, здравомыслящим, не пьяницей, не склочником. Община наблюдала за человеком и выбирала его в епископы. Они видели, что у него есть иммунитет от всего, его нельзя было ничем испортить, потому что он был трезвомыслящий человек.

Если для человека главным является стяжание благодати Святого Духа, то ему не повредят ни деньги, ни чины. Либо ему деньги и чины не будут нужны, либо с их помощью он сможет делать добрые дела.

— А вещества?

— Человеку, стяжающему благодать, даже если он их попробует, это просто не понравится, потому что он увидит, что благодать уходит или по крайней мере не приближается.
Зависимость от власти

— Считается, что самая большая зависимость возникает от власти.

— В нашей стране власть выше денег, она управляет деньгами. А, например, в Америке деньги управляют властью.

В любом случае, возникает некий круговорот денег и власти. Ты, получив власть, будешь вынужден отчитываться перед теми, кто тебя выбрал, давая деньги. Так возникает коррупция. Это максимально доведенная до абсурда чино-финансовая пирамида, абсолютно безблагодатная.

И назад дороги нет. Уже и радости нет, и остановиться бы надо, а не получится, потому что справа и слева бегут волки, и человек бежит в стае и сам становится волком, чтобы его не затоптали и не сожрали.

— Печальные вещи Вы говорите. Получается, что сейчас настолько бездуховное время, что пороки материальны — даже властолюбие зиждется на сребролюбии.

— А пороки в конечном счете всегда материализуются физиологически. У маньяка выделяются гормоны радости при мучении жертвы, что абсолютно ненормально.

Можно говорить о «физиологии греха» — у грешника меняется организм. Машина нашего тела может быть настроена либо Богом, либо сатаной. А выбираем мы это сами, своей свободной волей. Если человек всем сердцем выберет Бога, Господь может сделать из него святого.

Так что не беспокойтесь о том, что сейчас бездуховное время – чем больше груз зла, тем больше благодати дает Всевышний человеку. Все будет нормально с Россией, если мы только обратимся к Богу. Верю, что это произойдет в ближайшее время, ведь чем темнее ночь – тем ярче светят звезды.

Лечение алкоголизма: 10 православных реабилитационных центров

Как подбирать реабилитационный центр, кому помогать в начале и как правильно относиться к близкому, попавшему в зависимость, мы посвятили в “Фоме” Вопрос номера: “Жить с зависимым. Бежать или бороться?”.

Практически во всех епархиях Русской Православной Церкви были созданы реабилитационные центры для людей с зависимостями от алкоголя и наркотических средств.

Если вы или ваши близкие нуждаются в помощи – обратитесь в ближайшее учреждение:

Реабилитационный центр «Неугасимая надежда»

Основной упор программы сделан на оздоровление души и тела человека. В первую очередь это участие в жизни Церкви, посещение богослужений, лекции священнослужителей о христианском образе жизни. Много времени уделяется физическому развитию и восстановлению в тренажерном зале.

Адрес: Московская обл., Раменский район, с. Речицы, ул. Полевая, 33

Митрополичий реабилитационный центр «Воскресение»

Основан в 2010 году, директор – протоиерей Иоанн Суворов.

Индивидуальный план лечения разрабатывают опытные психиатры – наркологи.

Реабилитация стационарная. Центр – это закрытое лечебное заведение, что повышает шансы на полное выздоровление.

Адрес: Белгородская область, Прохоровский район, с. Малые Маячки, ул. Центральная 29

Телефон: 8 (800) 707-70-54

Общество трезвости «Трезвение» во имя святого праведного Иоанна Кронштадского

Основано в 2019 году при отделе социального служения и благотворительности Калининградской епархии. Духовник – иерей Сергий Василевский.

Реабилитация амбулаторная. Стационарная проводится общиной святого праведного Иоанна Русского для бездомных в п.Холмогорье Правдинского района. Руководитель – Дубровин Артур.

Адрес: г. Калининград, ул. Дмитрия Донского, дом 23

Телефон: +7 (911) 52-48-58

Благотворительный фонд «Диакония»

Два реабилитационных центра: «Пошитни» и «Сологубовка» открыты в 1995 и 2012 годах на базе православных приходов. Руководитель программы реабилитации – иерей Алексей Жигалов.

Реабилитация стационарная. Основные направления: психотерапевтические и воспитательные методики, основы православной веры, трудовые послушания на территории центров.

Адрес: г. Санкт-Петербург, Набережная реки Монастырки дом 1, помещение 248

Телефон: +7 (812) 916-92-24

Спасо-Преображенский центр

Осуществляет реабилитацию зависимых по трем основным направлениям: духовное, психолого-терапевтическое и социальное. Проводятся постоянные встречи с духовенством, участие в жизни Церкви и богослужениях.

Адрес: г. Ставрополь, Школьный переулок, 12

Телефон: 8 (800) 700-01-99

Областная общественная организация «Ростов без наркотиков»

Основана в 2007 году, на сегодняшний день существует при Ростовской-на-Дону епархии.

Реабилитация стационарная. Предусматривает крестьянский труд в подсобном хозяйстве, регулярное посещение богослужений, физическое и духовное восстановление.

Адрес: г. Ростов-на-Дону, 2-я Краснодарская улица, 96/7.

Телефон: 8 (928) 190-00-90

Епархиальный реабилитационный центр во имя преподобного Серафима Саровского

Основан в 2004 году при соборе во имя святого благоверного князя Александра Невского. Настоятель и руководитель – протоиерей Александр Новопашин.

Реабилитация стационарная, проходит в загородных домах под руководством настоятеля. Обязательное участие в жизни общины и Церкви, посещение богослужений, помощь в ведении хозяйства на территории центра.

Адрес: г. Новосибирск, ул. Советская, 1а

Телефон: 8 (383) 287-00-03

Православный реабилитационный центр «Дом»

Устроен по типу православного общежития. Проводятся постоянные консультации с врачами, психологами, духовником. Возможно посещение спортзала на территории центра.

Реабилитация стационарная, принимаются только мужчины.

Адрес: г. Воронеж, ул. 25 Октября 17а

Телефон: +7 (900) 928–14-88

Общество трезвости при храме свт. Николая при Уральском государственном горном университете (УГГУ)

Адрес: г. Екатеринбург, ул. Куйбышева 39

Женский реабилитационный центр во имя преподобной Марии Египетской

Действует с 2011 года. С зависимыми работают специалисты центра – священники, психологи, психотерапевты, инструкторы. Реабилитация стационарная. Воспитанницы живут в загородном доме, трудятся на различных послушаниях, участвуют в Богослужениях и церковных Таинствах, изучают Священное Писание.

Адрес: г. Екатеринбург, ул. Отдыха 93

Также вы можете обратится за консультацией в информационно-справочную службу об адресах помощи алкоголезависмым при Координационном центре по утверждению трезвости и противодействию алкоголизму Синодального отдела по благотворительности.

Историческая справка:

Впервые День трезвости был проведен 11 сентября (новый стиль) 1911 году в Санкт-Петербурге. В этот день празднуется Усекновение главы Иоанна Предтечи , который в русской православной традиции сопровождается строгим постом (который подразумевает в том числе полный отказ от алкоголя). В 1914 году Священный Синод своим постановлением закрепил за этой датой празднование Всероссийского Дня Трезвости. Оно заключалось в служении молебнов Иоанну Предтечи (святой при жизни никогда не пил спиртное), крестных ходах и проведении общественных лекций о пользе трезвого образа жизни. В этот день закрывались все учреждения торгующие спиртными напитками.

В России День трезвости был восстановлен в 2019 году . По решению Священного Синода в этот день священники служат молебны о страдающих от алкогольной зависимости людях, произносят проповеди о важности трезвого образа жизни.

Министерство здравоохранения России поддержало инициативу проведения Всероссийского Дня трезвости. В ряде регионов в этот день проводятся спортивные мероприятия, конференции и другие мероприятия связанные с профилактикой алкоголизма.

Следует ли вшивать «Торпедо», можно ли выпивать после курса лечения, будет ли Церковь вводить сухой закон, и что делать, если нарушил обет трезвости?

В день, когда Православная Церковь совершает праздник в честь иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша», перед которой молятся об исцелении от недуга пьянства, «Русская Планета» встретилась со специалистом по социальной реабилитации в области зависимостей Романом Прищенко. Роман Иванович является руководителем программ реабилитации АНО «Неугасимая Надежда», членом правления БФ св. прав. Иоанна Кронштадтского, автором книг и исследований, посвященных реабилитации наркозависимых. Этой острой для нашего общества темой он занимается около 20 лет.

«Русская Планета» (РП): Что это за недуг такой алкоголизм, раз в борьбу с ним включается Церковь? Если к современным медицинским данным об этой болезни присоединить знания христианские и церковные, какая картина сложится?

Прищенко Роман (ПР): Церковь включается в борьбу с алкоголизмом, т.к. рассматривает зависимость от психоактивных веществ, алкоголя и наркотиков как греховную страсть. Церковь компетентна в оказании помощи зависимым людям, потому что для исцеления человека и для соединения его с Богом, у нее есть все необходимое. При этом зависимость рассматривается как следствие жизни без Бога, жизни по страстям. Несмотря на то, что Церковь воспринимает алкогольную зависимость как греховную страсть, она не отрицает медицинского, наркологического подхода к этой проблеме, которая рассматривается как био-, психо- и социальное заболевание. Разделяя этот подход, Церковь в первую очередь делает акцент на духовной стороне этой болезни.

РП: Как к алкоголизму следует относиться, как к болезни и «потихонечку» лечить ее, или как к страшной страсти и зависимости, которую надо вырывать с корнем? Ведь от подхода и психологического настроя зависит исход лечения.

ПР: Зависимость – это страсть, которая в процессе формирования и развития стала в том числе и телесной болезнью, но от этого не перестала быть страстью. Поэтому к ней нужно относиться и как страсти, и как к болезни. Но сразу вырвать с корнем ее не получится, работа по исцелению длится всю жизнь. Здесь нужен ответственный, сознательный и последовательный подход, как со стороны тех, кто помогает, так и стороны страждущего человека. О соблюдении этапности в борьбе со страстями говорят и святые отцы: «В лоб страсть не возьмешь». И тем христианам, которые только приступают к борьбе с доминирующей в их душе страстью, они не советуют сразу кидаться в борьбу. Где-то внутри себя нужно найти тихое укромное место и при наступлении страсти, туда прятаться и просить Бога и людей о помощи. Поэтому, с одной стороны нужно знать все, что связано с психофизиологией зависимости, с другой стороны нужно изучать аскетику. Для этого в Церкви имеются 80 реабилитационных центров, где человек может научиться основам православной аскетики, в которых помогут исцелиться от этой страсти.

РП: Расскажите о церковных методах лечения, и чем они отличаются от обычных медицинских?

ПР: Основное отличие заключается в подходах Церкви и медицины к самому человеку. Методы отличаются кардинально, потому что Церковь и медицина по-разному смотрят на человека. Церковь относится к человеку как образу Божию, который в результате грехопадения был поврежден. Для исцеления Христос оставил нам в Церкви все необходимые средства, которые и являются методами лечения. Это пост, молитва, участие в таинствах, чтение Евангелия и духовной литературы, духовное руководство и добрые дела. Медицинские же методы направлены исключительно на тело. На наш взгляд, психофизика это всего лишь вершина айсберга, а ответ на главный вопрос, почему человек стал зависимым, коренится в духовной сфере.

РП: Как получается так, что и в церковной среде можно встретить людей, одержимых подобным недугом?

ПР: Дело в том, принадлежность человека к Церкви не является гарантом того, что у него не сформируется химическая зависимость. Также как отсутствие денег и капиталов не является гарантом того, что у человека не сформируется страсть сребролюбия. Многие думают, раз человек воцерковляется, начинает ходить в Церковь, то появляется 100% гарантия того, что у него не возникнет какая-то страсть. Это заблуждение. Но почему подобное происходит с верующими людьми, нужно смотреть на каждый конкретный случай. Здесь нет общего ответа.

Например, если имеется предрасположенность к алкоголизму на генетическом уровне, в какой-то момент она может начать работать, и если человек не обладает знаниями о том, как развивается эта зависимость, он своевременно не может оценить ее последствий. Физиология берет свое, а когда человек опомнится, то уже находится в рабстве. Я наблюдаю за этим уже 18 лет, и вижу, что болезнь, связанная с употреблением спиртного, не различает людей по статусу или по религиозной принадлежности.

Смотрите так же:  Храм николая в праге

РП: Какие современные медицинские средства в лечении алкоголизма можно комбинировать с церковными средствами?

ПР: Мы берем из медицины то, что не противоречит православному взгляду на человека, и не унижает его достоинства. Это медикаментозно-детоксикационная терапия, фармакологическая коррекция психомоторных возбуждений и судорожных состояний. Эти методы досконально прописаны в Стандартах оказания первичной медико-санитарной и наркологической помощи. Они помогают человеку выйти из состояния похмелья и ломки, и оказывают поддержку при наступлении постабстинентного синдрома, когда обостряются вторичные хронические заболевания, или начинаются проблемы с психикой. В таких случаях человеку часто требуется помощь психиатра. Основная задача врачей – при выводе человека из абстиненции помочь остаться в живых и с минимальными последствиями преодолеть состояние физической зависимости. Индивидуальные особенности курсов лечения с применением этих методов зависят от того в какой стадии зависимости находится человек.

Не берем то, что связано с манипуляцией его сознанием, например, нейролингвистическое программирование, все виды кодирования, которые связаны с внушением, действующие в обход сознания человека, помимо его личного и волевого решения.

РП: А как относиться к методам с использованием таких препаратов как «Торпедо» или «Эспераль»?

ПР: Научная эффективность этих методов, а также других различных видов предметно-опосредованного внушения запрета на употребление алкоголя или других психоактивных веществ (кодирование, SIT, метод 25-го кадра, кодирование по методу Довженко и его разновидности и так далее) не доказана. В 2019 году официальным указом главного нарколога Москвы они запрещены для использования в государственных наркологических клиниках, правда, пока только в пределах нашей столицы. На мой взгляд те, кто продолжает предлагать их, являются шарлатанами и делают на этом деньги.

РП: Имеются ли прогнозы по церковным методикам лечения, и есть ли статистика выздоровления?

ПР: На сегодняшний день в Координационном центре по противодействию наркомании имеется статистка по разным срезам: какие методы используются в этих центрах, где находятся реабилитационные центры, в городской черте или в сельской местности, кого они принимают, мужчин или женщин, какой в них срок реабилитации, платные они или бесплатные, какие подходы используют, «Миннесотскую модель», «12 шагов» или душепопечение и т.п. Но пока нет статистики, связанной с исследованием эффективности того или иного метода и их влияния на длительность и качество трезвости у наших воспитанников. Чтобы эти результаты появились, сейчас закладывается основа, создается специальная электронная система, которая работает в режиме тестирования и постоянно модернизируется.

РП: В Церкви есть такое движение, когда человек вместе с другими дает обет не пить и пытается силой воли и участием в таинствах побороть зависимость.

ПР: Если внимательно изучить историю «обетного» движения, то можно отметить, что оно возникло как протест населения против откупной системы, против дороговизны и токсичности водки. Люди отказывались от употребления алкоголя и тогда речь шла не о зависимых людях, а об обычных нормальных людях, которые сначала протестовали, а потом занялись популяризацией трезвого образа жизни. Когда они давали обеты, то обещали, что не будут употреблять вина.

Сейчас обет трезвости может дать любой человек, который имеет добровольное желание. Но очень часто бывает и так, когда человек всего с неделей или месяцем трезвости, не изучив основы физической трезвости, основы аскетики, т.е. не прошедший курс реабилитации, дает обет, а потом его нарушает, это очень сильно усиливает в нем чувство вины перед Богом и людьми.

По моему мнению, обеты трезвости без подготовки следует давать только тем, у кого нет зависимости от алкоголя, а те люди, у которых зависимость есть, могут их давать только после достаточно длительной подготовки.

РП: Есть ли такие примеры, когда человек «закладывал», но после определенной терапии сумел войти в русло и пить, не выходя за рамки Типикона, т.е. по праздникам и умеренно?

ПР: Если речь идет о зависимости, то опыт показывает, что возврат к контролируемому употреблению невозможен. Здесь необходимо полное воздержание до конца жизни. Своим воспитанникам мы даем рекомендацию воздерживаться от алкоголя всю жизнь. Когда у человека зависимость, его тело реагирует на стартовую дозу определенным образом, у него начинается компульсивное влечение. Из-за того, что запускаются определенные физиологические процессы, воля человека парализуется.

Если же речь идет о злоупотреблении алкоголем, то все равно это грех. Даже если человек независим от психоактивных веществ и его употребление не приводит к формированию зависимости, но при этом он не может употреблять без проблем и пагубных последствий, то ему лучше отказаться от употребления алкоголя. Таких людей обычно называют пьяницами, т.е. они не алкоголики в полном смысле этого слова, у них нет алкоголизма как физической болезни, но при этом у них есть пристрастие к нему на духовном уровне. И это пристрастие вменяется им в грех, потому что они становятся рабами алкоголя, хотя при этом не заболевают на уровне физиологии. И для этих людей рекомендация такая же – полное воздержание от алкоголя в течение всей жизни.

РП: Если дело такое сложное, не проще было бы Церкви полностью запретить употребление алкоголя, оставив лишь вино для богослужения?

ПР: Всё, что создал Господь, он создал благим. Зло не в алкоголе, оно в свободном произволении человека. Можно запретить очень многое, но этим проблема выбора не решится. Можно запретить вино, но люди все равно будут выпивать тайно. Опыт сухих законов в разных странах показывает неуспешность метода запретов. Большинство епископов или известных священников, с которыми я общался, смотрят на эту идею, как на утопическую.

Справка

АНО социальной помощи «Неугасимая Надежда» — это сеть православных реабилитационных центров для алко- и наркозависимых в Московской области. АНО «Неугасимая Надежда» является добросовестным поставщиком социальных услуг и включена в реестр Московской области для негосударственных организаций.

В сеть входит 4 центра – три мужских и один женский. Центры могут принять одновременно до 85 человек. На реабилитацию принимаются совершеннолетние мужчины и женщины. Длительность основного этапа реабилитации составляет 9 месяцев. Терапевтическая команда состоит из квалифицированных специалистов – психиатра-нарколога, клинических психологов, психологов, социальных работников.

Реабилитационный процесс строится по модели православного терапевтического сообщества в рамках программы, разработанной Координационным центром по противодействию наркомании Отдела по церковной благотворительности и социальному служению РПЦ.

Беседы с батюшкой. Алкоголизм и другие зависимости

– Знаменательно, что сегодня Вы в нашей студии, потому что сегодня в Москве день города – 871-й год отмечает наша столица. Вы насельник Свято-Данилова монастыря, где почитается святой благоверный князь Даниил как покровитель города Москвы. Совсем скоро, 12 сентября, будет ваш престольный праздник. Мы заблаговременно встречаемся в нашей студии. Что важного нужно почерпнуть нашим телезрителям об этом замечательном святом?

– Наверное, многие наши телезрители уже знают историческую справку о том, что святой князь Даниил был четвертым, младшим сыном великого князя Александра Невского. В наследство ему достался маленький удел, по сути дела, деревня – Москва. Это было время междоусобиц, тяжелого татаро-монгольского ига. Многие из нас помнят фильм Андрей Рублев, где частично отражена историческая правда, когда князья предавали друг друга, обращались к татарам. Было много всяких жестокостей. Князь Даниил не стал обращаться ни к татарам, ни к более могущественным князьям, не стал воевать со своими братьями и смиренно принял такой маленький удел – Москву. Известно, что Даниил был очень миролюбивым и благочестивым. Первое, что он сделал, вступив в княжество, – построил храм в честь Преображения Господня. Господь за его смирение, за любовь к Нему расширил его владения. Когда его дядя князь Иоанн Переславль-Залесский умер бездетным, он оставил своему племяннику – князю Даниилу – в наследство Переславское княжество, которое было присоединено к Московскому, и Москва с тех пор стала расширяться. С князя Даниила пошло прославление, расширение, становление Москвы как самого первого княжества на Руси.

– Да, это очень важная информация. Очень много вех истории пройдет, когда Москва станет столицей. Мы можем вспомнить героические эпизоды нашей истории, связанные с этим городом, это и Смутное время, и нашествие Наполеона, и Великая Отечественная война.

Давайте поговорим о житейских моментах, которые касаются нас очень часто (например, сегодня). Сегодня день города. Сейчас все это, слава Богу, более-менее миролюбиво, организованно и в порядке проходит, но любому празднику для нас сопутствуют искушения – и вкусно покушать, и хорошо выпить, и так далее. Всякое бывает. Вы, кроме того что монах и насельник монастыря, игумен, еще и руководитель реабилитационной программы помощи алко- и наркозависимым людям «Метанойя». Я бы хотел поговорить о том, какой вред люди приносят сами себе, употребляя такие вещества, в том числе алкоголь. «Метанойя» – многие понимают, что это за слово, но почему решили назвать программу таким сложным словом, богословским термином?

– Думаю, это слово известно многим нашим церковным зрителям, оно означает традиционно «покаяние», но если мы возьмем греческий словарь, то первое значение слова «метанойя» – «перемена ума, сознания». И это так, а уже следующее значение – «покаяние», потому что покаяние и есть перемена сознания, а вслед за ней перемена деятельности, перемена жизни. Поэтому когда я ходил к своему духовнику, он говорил: ты не каешься, ты исповедуешься, но повторяешь из раза в раз свои грехи, то есть не происходит метанойи, перемены жизни. Тогда я был в обучающей командировке в Польше, это было примерно двенадцать лет назад, с одним специалистом в области химической зависимости. Мы объехали примерно половину Польши и посетили 25 различных реабилитационных центров.

– В Восточной Европе, в Польше?

– Да, в Польше. В частности, мы были в реабилитационном центре для подростков-наркоманов, который назывался «Метанойя». Тогда мне это слово очень понравилось, оно было мне известно, тогда не было еще нашей программы, но мне очень хотелось это название туда внедрить. Мне удалось это. Наша программа православная, при Даниловом монастыре, ей уже более тринадцати лет. Мы стараемся помогать людям, страдающим от алкоголизма, наркомании, и их родственникам, так называемым созависимым. Иногда к нам приходят люди с другими зависимостями – с игровой, например. В основном наша специфика – алкоголь, наркотики и созависимость, но мы знаем, куда можно обратиться людям с другими зависимостями, в частности с игровой.

– Сейчас время такое, что игровая зависимость приобретает все большее распространение, к сожалению. Вообще мы часто в праздник ставим на стол спиртные напитки, даже самые безобидные. Где эта грань зависимости? Даже если я привык употреблять, например, каждый праздник, каждое воскресенье, какой-то объем алкоголя, я зависимый человек? Как это определить?

– Очень интересный вопрос. Мы знаем, что есть страны, народы, где спиртное является частью культуры. Это Грузия, Армения, Франция, Италия. Там алкоголизм не так распространен, как, например, в северных странах или у нас в России. Определить, является человек алкоголиком или не является, не так просто. Во-первых, потому что алкоголизм –болезнь отрицания. Ученый Элвин Мортон Джеллинек добился того, что Всемирная организация здравоохранения во второй половине ХХ века внесла алкоголизм в свой реестр. Это крупный ученый в области химической зависимости. Он назвал свой главный научный труд «Алкоголизм как болезнь отрицания».

– То есть тебе говорят: «Ты алкоголик! А ты: «Нет, я не алкоголик».

– Конечно, если мы встретим, допустим, бомжа и попытаемся его усовестить, привести в чувство, сказать: «Ну что ж ты, дорогой, потерял все на свете, в социальном плане не только, спился донельзя, пьяница», – он оскорбится и искренне скажет: «Это ты пьяница, я пью как другие люди». Потому что у человека уже отсутствует критика.

– И совесть.

– Происходит некое уплощение личности. Отсутствует критика в научном понимании, человек не может оценивать реальность происходящего. Поэтому существуют специальные тесты, есть специалисты, потому что алкоголизм как заболевание – это сложное и до сих пор изучаемое явление. Есть такое смежное понятие, как бытовое, или проблемное, пьянство. Человек может быть бытовым, проблемным пьяницей, и при этом его организм еще не поврежден как у алкоголика, когда алкоголь входит в цепочку обмена веществ и человек не может без алкоголя, так же как он не может ни дышать, ни есть. То есть его организм настроен на то, чтобы пить, спиваться и умереть, потому что это прогрессирующее, в том числе смертельное заболевание, хроническое. Но, как правило, специалисты подводят человека, обращающегося с этой проблемой, к тому, чтобы он сам поставил себе диагноз. Это гораздо более целесообразно, когда человек говорит: да, я алкоголик. Это значит, что уже половина дела сделана. Но половина еще осталась.

– Эта вторая половина… Признание – а дальше что?

– Есть, к сожалению, немало людей, зависимых от алкоголя и наркотиков. Кстати, я человек советского периода, вырос и сформировался в советский период, и наркоманы были чем-то совершенно асоциальным, жутким; их сажали в тюрьму, они непременно должны были умереть, совершали преступления и так далее. Сейчас мы знаем, что наркотик стал очень распространенным явлением. Например, существует аптечная наркомания, когда много пенсионеров употребляют вещества, изменяющие их сознание, и становятся аптечными наркоманами (например, от антидепрессантов). Очень много наркотиков; существует огромное количество разнообразных наркотиков. Наркоманы могут благополучно жить и разлагаться десятилетиями.

– Но разве Министерство здравоохранения не понимает, как можно получить этот наркотик? Неужели так просто пойти и купить?

– Это же целая подпольная империя, поэтому люди, чтобы выживать, вынуждены и обманывать, и доставать.

– Насколько я знаю, такие лекарства выдаются по рецепту врача.

– Врача можно обмануть, подделать рецепт… Было бы желание. И наркоман не может без этого, как алкоголик не может без алкоголя: двадцать градусов мороза, ночь, невозможно достать, но алкоголик найдет, потому что он умирает без алкоголя, все силы его напрягаются для этого. Да, это такое заболевание.

– А невольно стать наркоманом – это вообще реально? Вы говорите, антидепрессанты, еще что-то… Получается, это в какой-то степени ловушка? Человек невольно может, успокоившись один раз, стать наркоманом?

Вы еще говорили о таком понятии, как созависимые. Что это значит?

– Созависимость – болезнь родственника алкоголика, или наркомана, или игромана. Это тоже заболевание. Оно тоже, как алкоголизм, наркомания, тяжелое, смертельное, хроническое, прогрессирующее заболевание.

– Это, по сути, собутыльник?

– Нет, этот человек, как правило, не пьет. Он становится больным, у созависимого непреодолимая потребность контроля. Он живет алкоголиком, проблемами алкоголика. Он не может без этого. Поэтому нередко бывают печальные случаи, когда алкоголик, вставший на путь выздоровления, разводится с женой. То есть жена разводится с ним, она не знает, что делать. Или, например, дочь алкоголика находит себе мужа-алкоголика, который еще не проявил себя как алкоголик. Таких случаев масса. Специалисты в области алкоголизма, наркомании, наши наркологи, конечно, знают об этом.

Созависимость – это термин, который употребляется в наших официальных церковных документах. Я уж молчу о научной литературе. Очень известный термин.

– Как вообще происходит реабилитация, где вы находите людей? Они сами должны к вам прийти или вы можете вмешиваться в какие-то процессы, проблемы? Как вообще происходит ваша работа?

– У нас есть сайт, который называется metanoia.msdm.ru. Мы стараемся выкладывать информацию о наших встречах, статьи (наша команда). Люди приходят благодаря нашему сайту, который ожил с недавнего времени. Также, поскольку наш монастырь центральный, у нас большое количество прихожан, есть люди, которые нас посещают многие годы, несмотря на то что много храмов строится по месту жительства этих людей. Но они посещают наш монастырь. И, скажем так, в такой сезон приходит до семидесяти человек к нам на программу. Семьдесят человек – это очень много, нам фактически срывают программы. Было даже страшно, что если придет сто человек, то нам сорвут программу.

– Как понять «сорвут»?

– Это же группа людей, люди должны представиться, рассказать о своей проблеме. Программа идет по некоей структуре, которую мы выработали за эти годы. Мы стараемся развиваться, следить за качеством нашей деятельности, поскольку это групповой процесс, священник не может без старосты храма, без певчих, без помощников, чтобы храм действовал и приносил пользу. Ему нужны помощники. В том числе те, кто над ним – и благочинные, и архиереи, и так далее. Поэтому есть люди, есть специалисты, профессионалы, которые помогают нам все время развиваться в нашей деятельности.

Мы давно сотрудничаем, наша программа сотрудничает с наркологией. Это наше достижение, достояние нашей программы. Есть программа «Метанойя» в Даниловом монастыре, а есть такая же «Метанойя» в наркологическом диспансере, где находится в том числе и храм, приписанный к Данилову монастырю, в честь иконы «Неупиваемая Чаша», где регулярно проходят богослужения. Служу я, еще мой сотрудник отец Алексей Гостев из Подмосковья. Мы проводим там программу. Проводит не только священник, но совместно с психологом, который является специалистом в области химической зависимости, то есть он профессионально знает эту сферу, а также является православным христианином, который подтверждает свое православие деятельно, то есть регулярно участвует в таинствах Церкви – Покаянии и Евхаристии. Такое сочетание не так легко было найти даже в Москве. Мы постоянно стараемся встречаться нашей командой, развиваться, у нас есть волонтеры. Мы передаем наш опыт в храме в Теплом Стане в честь Казанской иконы Божией Матери. То есть такая деятельность очень интересная, но не совсем простая. Поэтому когда к нам приходит большее количество людей, с одной стороны, это приятно, но тогда просто невозможно справиться с такой группой.

– То есть это целый штат сотрудников.

– Да, поэтому пятьдесят человек – это предел.

– Вы отмечаете, что какие-то светские, научные методы лечения сопрягаются с духовными моментами. Ведь не все, кто приходит к вам, верующие, православные? Как вообще объяснять, что этот процесс идет не только с помощью вашей воли, каких-то лечебных процедур, но еще и молитва должна быть?

– Мы традиционно начинаем наши встречи с молитвы «Царю Небесный», читаем все вместе, вслух, перед иконой. Кстати, мы молимся перед новым образом, который называется «Иисус Христос – Лоза Истинная». Это новая икона Иисуса Христа, которую создали выздоравливающие алкоголики, наркоманы, а также их родственники. Каким образом? Писала одна женщина, она выздоравливает от алкоголизма; на мой взгляд, успешно, уже более восемнадцати лет. А вместе все молились, придумывал один человек написание, другой иконографию. Собирали деньги на расходные материалы – совместно. Этот образ находится в храме в честь иконы «Неупиваемая Чаша», в наркологическом диспансере, и Данилов монастырь печется о его прославлении. У нас даже есть панагия, которую мы надеемся вручить, возможно, Патриарху. Некоторые иконы находятся в других православных храмах, в частности в православных храмах Америки, в Нью-Йорке, Вашингтоне. Мы молимся перед этим образом, завершаем нашу встречу молитвой. Во время встречи читаем Евангелие и обсуждаем его с точки зрения болезни зависимости и выздоровления от нее.

Конечно же, мы делаем упор на том, что основа болезни и выздоровления – духовная, с помощью Христа. Христос исцеляет, но так же, как в Церкви, важна дисциплина, некая, простите меня за такое техническое слово, структура. Мы все знаем, как начинается наша жизнь в Церкви, как продолжается, очень важен духовник, который ведет, направляет, правильная литература, правильная молитва, правильное и осознанное участие в таинстве Покаяния, в литургии. Очень важно церковное общение. Так и здесь. Мы предлагаем пошагово начать выздоровление. Первый шаг – это признание, что человек является алкоголиком и что он бессилен, ничего не может с этим сделать. На самом деле сила воли – уловка этой болезни. Есть достаточное число неправильных представлений о самой этой проблеме. Например, что алкоголизм – это грех. Грехом является неизбежно поведение алкоголика, его этическая сторона, но, конечно, это заболевание. Любой врач, любой нарколог, тем более психиатр, психолог скажут, что это тяжелое заболевание. Силой воли алкоголик пытается его побороть, каждый понедельник он клянется, что никогда больше не будет пить. Но проходит день, иногда даже несколько часов – и организм требует. Иногда месяц может пройти: «Я уже целый месяц не пью, ну теперь-то можно отметить…»

Смотрите так же:  Знаменский храм в новгороде

– Вопрос телезрительницы: «Я сорок с лишним лет принимаю транквилизаторы. У меня муж был алкоголик, мы разошлись с ним рано, но потом и сын стал алкоголиком. Я верующий человек, уже двадцать лет, как я уверовала, молюсь. Я, конечно, созависимая. Я не замужем, муж давно умер, мы разошлись. Я принимаю транквилизаторы. У меня кардионевроз, неврастения. Не пью антидепрессанты, пью именно успокаивающие. Корвалол, реланиум, феназепам, потому что не могу уснуть, нервничаю. Я наркоман, наркозависимая или нет? Потому что я и мои друзья, мой брат все принимаем эти препараты. Потому что жизненные условия нам не позволяют без этого. Нам тогда плохо, давление, скорую вызываем. Поэтому мы вынуждены их принимать».

Какой сложный вопрос.

– Спасибо за Ваш вопрос. На самом деле я не могу по Вашему звонку поставить Вам диагноз. Вы называли разные препараты. Корвалол – это одно, реланиум – другое, феназепам – третье, это уже наркотикосодержащий препарат. Если Вам выписал их врач, это одно дело. Если же Вы сами себе назначили лечение, это другое. Но в любом случае Вы можете посмотреть наш сайт, у нас есть телефон, можно обратиться к специалисту, к профессионалу. Я думаю, это должен быть психиатр-нарколог, который поставит диагноз после серьезной беседы. Не просто разовый вопрос, а должна быть беседа со специалистом, с профессионалом, и он может Вам помочь. Одно дело, когда врач назначает, другое дело, когда человек сам себя начинает лечить. Я не знаю, являетесь ли Вы химически зависимой, но если Вас этот вопрос беспокоит, думаю, это уже хорошо.

Если в семье присутствовал алкоголизм в тяжелой форме и до сих пор присутствует, думаю, это очень хороший повод задуматься о том, кем я являюсь. У меня папа умер от алкоголизма, я созависимый человек, я также нахожусь в стадии риска, поскольку это в том числе и генетическое заболевание, я знаю о себе. Поэтому я стараюсь принимать профилактические меры, чтобы самому не начать пить, не спиться и не умереть. Также я стараюсь разбираться (это процесс длиною в жизнь) с моим заболеванием под названием «созависимость».

– Интересно, есть вопрос телезрителя: «Могут ли дети впасть в будущем в психологическую зависимость от алкоголя, если в семье есть пьющие родители?»

Алкоголизм – это генетическое заболевание?

– Оно может передаваться по наследству, а может не передаваться. Может передаваться, видоизменившись в иную зависимость. Например, сын алкоголика удобопреклонен к тому, чтобы стать наркоманом или игроманом. Это всего лишь гипотезы некоторых специалистов, что у сына или дочери алкоголика или наркомана наличествует некая каверна, он удобопреклонен к зависимости, которая может видоизменяться. Это могут быть очень нездоровые отношения, патологические, в частности созависимость. Но не все дети алкоголиков или наркоманов становятся алкоголиками или наркоманами, далеко не все. Существует масса причин, социальных в том числе, духовных, психологических.

– А вообще есть свободные люди, независимые? Или все мы по-своему зависимы от чего-либо?

– Этот вопрос волнует многих специалистов, и мы вместе с коллегами очень много на эту тему рассуждали, спорили. Это уже мы говорим о первородном грехе. Мы все подвержены греховности, безусловно, даже святые люди. Другое дело, когда та или иная зависимость (химическая или поведенческое расстройство, например игровая зависимость) начинает разрушать человека так же, как алкоголизм. Например, примерно полгода назад я освящал квартиру женщине, у которой сын покончил жизнь самоубийством. Он был игроман. Он оставил всю семью без недвижимости, вообще все было в залогах, причем даже не у людей, а у организаций, банков. Его мать не могла плакать. Я был в ужасе, там дочь осталась… Пожалуйста, это поведенческое расстройство. Сказать, что оно разрушительно, – ничего не сказать в данном случае. Это мягко говоря. Оно убийственное.

– Да, очень страшно. И порой непонятно: как же так? Вот я могу сказать, с алкоголем у меня по-разному отношения складываются. В каждый этап своей жизни это осознаешь, но особо вроде об этом не задумываешься. И думаешь со стороны: казалось бы, ну что в этом такого, ну не пей, не кури. Оказывается, так сложно, такие бывают последствия.

– Сам я, например, не являюсь сторонником сухого закона. Библия…

– …и, кстати, церковный Устав…

– Да, и церковный Устав…

– …приписывают в определенные моменты…

– Если мы будем говорить о Священном Писании, то Библия порицает пьянство, приветствует воздержание и рассматривает алкоголь как вещество, благословленное Богом. Евхаристия на вине происходит. Первое чудо Христа – претворил воду в вино.

– Вопрос телезрителя: «Известно, что любая зависимость – это страсть. Все страсти связаны друг с другом. Мы говорим об алкоголизме и наркомании. Но мы же не знаем причины изначально, почему человек к этому пришел, мы видим поверхность айсберга. А все страсти – той же зависти, чревоугодия, страсть тщеславия и гордыни (то есть это масса вещей) приводят к той, которой человек заболел. А мы это оставляем на втором плане. А может быть, это самое главное. Как побороть зависть? Тогда ты справишься и с алкоголизмом».

– Это мнение просто?

– Да, это мнение, зритель считает, что пьянство – это поверхность, есть куда копнуть глубже, и оказывается, страсти, которые встречаются в повседневной жизни, могут быть причиной алкоголизма. Например, зависть: позавидовал, расстроился, выпил, успокоился.

– Я переживал перед тем, как приезжать на вашу передачу, советовался с коллегами. Кстати, психолог Наталья Васильевна Миленина, моя сотрудница, является директором амбулаторной программы в наркологическом диспансере в Бутове, программа называется «Алые паруса». Эта программа бесплатная и анонимная. Мне Наташа говорит: «Только ничего не говори в эфире про анонимных алкоголиков и „12 шагов“». Я очень люблю это сообщество на самом деле, все равно не могу удержаться. В книге «Анонимные алкоголики», по названию которой названо это содружество (всемирное, ему много лет, в России уже более 30 лет оно существует, успешно сотрудничает с Православной Церковью; и в нашем монастыре такие группы есть), говорится: «Не пить – это только начало выздоровления». «Как так?!» – спросит алкоголик или его жена. Не пить – это только начало… Да для алкоголика это идеал! Он мечтает не пить, он не может не пить. «Анонимные алкоголики» говорят: нет, это только начало, необходимое условие. И они говорят примерно то же, что наш слушатель Евгений: это действительно поверхностное явление, внешнее проявление внутренней катастрофы, раздраенности.

Многие по-разному относятся к этому сообществу и в нашей Церкви, и в обществе, но многие очень любят его, и я люблю, преклоняюсь перед этим сообществом. Они работают с душой. Там в некоторых шагах человек должен разобраться со своими обидами на самом глубинном уровне, должен разобраться со своей похотью, говоря светским языком –с сексуальным поведением; должен разобраться со своими страхами, потому что боящийся несовершенен в любви, как нас учит Иоанн Богослов. Страх может мешать двигаться к Богу. Например, отец Александр Шмеман считал страх одним из самых базовых грехов. Многие психологи говорят, что под агрессией наличествует страх. Человек агрессивен, а на самом деле он боится. Он кричит, он готов драться, а на самом деле ему страшно.

В этом сообществе есть еще этапы выздоровления, когда алкоголик, наркоман, родственник алкоголика тех людей, которые были у него записаны как обидчики, переносит это в другую позицию. Это те люди, перед которыми он виноват; он приходит к этому сам. Его никто не заставляет. Он выписывает имена этих людей или организаций; это восьмой шаг. А в девятом шаге он возмещает ущерб. И возмещать ущерб – это не просить прощения. Можете себе представить, какой ущерб нанесли игроки, наркоманы? Многие из них являются преступниками. Есть случаи, когда в девятом шаге зависимый человек идет в органы и «сдается», он готов сидеть в тюрьме. Он знает, что если люди не проходят этот этап, то в основном возвращаются к стакану или к дозе, к употреблению или в игровую зависимость – и погибают. Поэтому они совершают невероятные вещи. Человек идет к тому, кого он оскорбил, кому долгое время не отдает большую сумму, и договаривается. Он звонит, у него трясутся руки, ему страшно, он не знает, что его ждет. Иногда люди говорят: «Не хочу тебя видеть, не смей сюда звонить». Но бывает, что встречаются бывшие жены, кредиторы и так далее – и происходят чудеса. Таким образом, у человека появляются силы не просто не пить, а он может не промелькнуть где-то мимо должника, он честно смотрит человеку, и этому миру, и Богу, и себе в глаза. Начинается новая жизнь.

Таким образом, алкоголизм, пьянство действительно – только внешнее проявление внутренних проблем. Об этом говорят даже люди, которые создали это сообщество, и те, которые выздоравливают, – и успешно. Анонимные наркоманы, анонимные игроки – есть такие сообщества, там люди действительно от страшной смерти избавляются. С Божией помощью.

– Это очень интересно. Это вот когда на исповедь приходишь, нагрешил, тяжелое состояние. И страшно идти порой на исповедь, страшно говорить, но преодолеваешь себя, говоришь…

– Особенно в первый раз, это так называемая генеральная исповедь.

– Многие нас спрашивают, как же в первый раз идти на исповедь, что говорить, как к этому отнесутся… Ты говоришь, ты уходишь – и ты свободен.

– Я разговаривал с алкоголиками, у них в «12 шагах» есть шестой шаг, – шаг желания. Они начинают просить о желании, например о желании пойти на исповедь, желании пройти мимо магазина, о желании пойти к бывшей жене, позвонить ей и попросить о встрече и быть готовым возмещать ущерб, о желании идти к другому алкоголику и помогать ему, когда не хочется. Но это все взято из Евангелия, из христианства, это все христианские позиции.

– Мы говорим, что порой человек излечившийся может опять впасть в это состояние, опять начать пить, опять вернуться к дозе. Полностью быть свободным человек может? Вот он излечился, и все. Что нужно, чтобы сохранить это состояние до конца, до конца пройти жизненный путь без зависимости?

– С медицинской точки зрения алкоголизм и другие зависимости являются хроническим прогрессирующим заболеванием. То есть болезнь прогрессирует, так же как онкология, диабет, несмотря на то что человек, говоря медицинским языком, находится в состоянии устойчивой ремиссии. Я слышал такое выражение в нашей отечественной наркологии – «условно здоровый». То есть человек на больших сроках трезвости, как правило, ведет себя как абсолютно здоровый человек, условно здоровый. Но если он вернется к употреблению, подумав: все, столько лет прошло, он может пить как все, – то болезнь вернется. Болезнь имеет очень много проявлений и форм, как дьявол.

В той же Польше, когда мы путешествовали с Евгением Николаевичем Проценко, директором христианской программы «Старый свет», мы были в реабилитационном центре для священнослужителей (уж простите, что я эту тему поднимаю), для католиков. И там один священник рассказывал о такой страшной истории (Евгений Николаевич переводил, я польского не знаю). Священник рассказывал, что ходил в сообщество «Анонимные алкоголики» около пяти лет. У него в программе был наставник. Это не священник, а впереди идущий алкоголик. И он перестал с ним общаться. Потом священник перестал посещать собрания и вышел из программы выздоровления. Через какое-то время болезнь вернулась в проявлениях, он стал пить каждый день по стакану спиртного, не больше. И он говорил, что это продолжалось примерно семь лет. И он столько зла нанес за эти семь лет, так ругал это сообщество! Он людям запрещал ходить туда, говорил, что это секта и так далее. Через семь лет он начал пить как оглашенный, потерял церковное служение, сидел в тюрьме, совершил преступление. Потом вернулся. То есть болезнь не уходит. Выздоровление… Очень важно постоянно быть в таком же напряжении. Это очень по-христиански, очень по-православному, когда многие из нас приходят, например, в Церковь, то очень большое напряжение в хорошем смысле. Очень хочется поститься, молиться, с большим трепетом я и вы относимся к исповеди, к таинствам. Потом проходят через годы или десятилетия и это рвение, и ревность… Об этом много пишут святые отцы, старец Силуан Афонский в частности…

– …Мне кажется, каждый за собой это замечал.

– Да, это ослабление ревности, как ее поддерживать? Здесь алкоголики находятся, даже не побоюсь сказать, в некоем выигрышном положении. Если алкоголик ослабит свое усилие в выздоровлении, он не может посещать собрания столь часто на двадцати годах трезвости, как на одном месяце. Но он должен много помогать другим алкоголикам. У него есть опыт, он должен им делиться. То есть напряжение в выздоровлении должно остаться таким же, но формы меняются. Так же, как в Церкви. Сначала очень важно ездить по святым местам, ходить на крестные ходы, участвовать в пениях акафистов. Но в возрастании уже меняются акценты. Важно читать более внимательно и вдумчиво Священное Писание; может быть, не так много молиться, но более вдумчиво, как святитель Феофан Затворник советовал – выработать даже свое правило. Может быть, молиться не так много по объему, но внимательно, углубленно.

– То есть более качественно к этому подходить.

– Да, это все очень духовно.

– Вы сказали, что Вы не придерживаетесь сухого закона.

– Я не являюсь сторонником сухого закона. Я лично не употребляю алкоголь, потому что нахожусь в группе риска, я могу спиться. Я не употребляю алкоголь, но не являюсь сторонником сухого закона.

– Но все-таки чтобы, грубо говоря, не быть в группе риска, Вы употребили такое выражение «пить как все люди». Как это?

– Алкоголизм проявляется, в частности, в том, что алкоголик не может контролировать потребление алкоголя. Если он начинает пить, то не может остановиться. Мы все это знаем, что кому-то достаточно выпить немного… Когда я сдавал экзамены в академии, остановился в гостинице в Троице-Сергиевой лавре, мы тогда очень тепло и близко дружили с некоторыми батюшками из лавры. И вот они как-то выпивали. Они выпили по три небольшие стопочки вина – и все, и при этом они разговаривали… Я увидел: абсолютно здоровые люди. После этого они разошлись, у них ни у кого не было потребности дальше продолжать. Это признак здоровья: человеку становится некомфортно в пьяном состоянии, когда его сознание утрачивает ясность. Алкоголику становится комфортно в нетрезвом состоянии, он себя как бы обретает.

– То есть если мне плохо, когда я выпиваю чуть больше положенной нормы, значит, я здоровый человек?

– Организму неприятно, когда в нем находится яд, он сопротивляется. Рвота – это же реакция организма, здоровая реакция. Поэтому здоровому человеку неприятно быть нетрезвым, потому что он себя не может контролировать, находится в состоянии измененного сознания. Алкоголик только и приходит в себя, когда он выпивши. Он расцветает, он как будто трезвый, он обретает себя. Как будто деталь попала в свой пазл, а трезвому ему неуютно. В этом и заключается генетическая, психоэмоциональная и физиологическая особенность зависимости, когда алкоголик не может себя найти, он не знает, как общаться с девушкой, с друзьями. Пьяный он танцует с девушками, шутит, смеется. Все алкоголики об этом рассказывают.

– Море по колено, как еще говорится.

– Да, пьяному море по колено.

– Я вспомнил присказку моего замполита: нужно пить в радость. Он говорил, что если пьешь, ты должен пить для веселья, чтобы тебе было хорошо. Порой и мы это говорим, что если выпить, то по какому-то поводу. А если хоть раз выпил с горя – все, ты пропащий человек.

– Может быть, не знаю…

– Это такое частное мнение, всегда нужно пить для радости. Мнение светского человека.

Мы привели конкретный пример – ваше движение «Метанойя». Одиннадцатого сентября Церковь подчеркивает особый день трезвости. Расскажите подробно об этом дне, что там происходит, каково его значение.

– Мне не очень удобно называть его праздником, хотя в календаре это такое событие, которое Церковь отмечает. В этот день погиб великий святой, величайший из всех – Иоанн Креститель, Предтеча, которому Ирод приказал отрубить голову, будучи в состоянии подпития. Это евангельская история, мне не очень удобно ее пересказывать…

– …Я думаю, все понимают, она достаточно известна.

– Все ее знают. Он был в нетрезвом состоянии (это очевидно из самого евангельского повествования) и совершил преступление, которого и не хотел, как мы знаем, совершать. Он не хотел нарушать слово, которое дал (будучи, возможно, пьяным) какой-то девице, которая плясала, и ему это понравилось. Это была похоть плоти, похоть очей и гордость житейская. Он понимал отчасти, что совершает нечто непоправимое, но ему неудобно было перед гостями. По пьяни, что называется, совершаются такие вещи, когда человек на следующий день, мягко говоря, жалеет об этом. В этот день Церковь традиционно до революции установила празднование дня трезвости. Сейчас Русская Православная Церковь достаточно широко отмечает этот день как день трезвости, совершаются молебны перед иконой «Неупиваемая Чаша», молебны в разных храмах. Во многих храмах перед страждущими… И вообще проходят различные церковные мероприятия по утверждению трезвости. Это день утверждения трезвости Православной Церкви.

Да, но можно сделать вывод из нашей беседы, что каждый день должен быть утверждением трезвости, трезвой жизни, жизни в мире с окружающими, чтобы не было проблем.

Время нашей передачи подходит к концу. Мне кажется, это был очень интересный и полезный разговор, очень много интересных вещей мы узнали. Может быть, кто-то после этой программы придет к вами вы, надеюсь, поможете этому человеку.

Я попрошу Вас подытожить нашу сегодняшнюю передачу, вернуться к началу нашей беседы, потому что скоро престольный праздник в Даниловом монастыре. Расскажите, какие будут там праздники, как совершаются богослужения. Можете пригласить телезрителей к себе на службы.