Меню

Река шулма

По территории района протекают реки Суда, Андога, Шулма.

Река Андога берет свое начало из Анозера и несет свои воды в Суду. На Андоге около десятка малых порогов и каменистых перекатов, до Никольского она практически не населена.

В районе Никольского в реку впадает река Шулма, на которой раньше стояли мельницы, и место это называли Устьем. В отличие от Андоги, истоки Шулмы находились в болотах, из которых вытекали две маленькие речки – Кумсара и Казара. Сливаясь, они и образовывали Шулму. Это была речка тихая, с медленным, спокойным течением, местами песчаным, местами илистым, заросшим водорослями дном, маленькими островками и тихими заводями. Должно быть, ее тихой воде трудно было пробиваться через препятствия, чаще она их огибала, поэтому русло ее очень извилисто, с массой поворотов. Вдоль левого берега обильно росли желтые кувшинки, а у самого устья поверхность реки сплошь покрыта листьями и цветами водяной лилии (белой кувшинки). Шулма была богата рыбой, которая, как и сама река, была более «степенной» – налимы, окуни. В несметном количестве водились в ней мелкие (от 2 до 6 сантиметров длиной) темные рыбки, которые в разных местах назывались по-разному. У нас они назывались «хохолье» (научного названия их я не знаю). Стоило войти в воду, как целый рой их собирался вокруг ног, легонько тыкаясь в кожу. Одно время мы кормили ими уток. Для этого требовалось только опустить в воду решето, подождать, пока в него набьется целая куча рыбок, поднять его и высыпать улов в ведро. Из-за болотного происхождения или, может быть, из-за обилия живности (водоросли, рыбы, пиявки, стрекозы и т. д.) вода в Шулме была не такая вкусная, как в Андоге, и ее брали для скота, стирки, полива, а для питья и кухни использовали воду Андоги или брали ее из ключей, кое-где подпитывавших Шулму. Кроме того, в селе было много колодцев и небольшой пруд.

В отличие от лесистых берегов Андоги, берега Шулмы были густо заселены, на них располагались два села – Стан и Пречистое и много деревень – Фадеево, Анненская, Туровино, Казариново, Будиморово, Прягаево и т. д. О двух деревнях ходила такая легенда: в 20 километрах находилось село Княжье, в котором, по преданию, жила вдова-княгиня Ольга (конечно, не киевская, а просто вдова какого-то удельного князька). У нее были два сына – Будимир и Казимир, в честь которых и были названы деревни – Будиморовская и Казариново (позднее в местной речи они зазвучали как Будиморовская и Казамирово).

Обе реки – Андога и Шулма – были «сплавные», т. е. по ним весной в половодье после ледохода сплавляли лес. Своеобразно проходил на них ледоход. По Шулме медленно проплывали уже значительно подтаявшие льдины, обычно посередине, в главном течении, почти не касаясь берегов. По Андоге льдины плыли быстро, сталкиваясь между собой и с берегом, казалось, что река наполнена живой хрустящей, крошащейся ледяной массой, которой тесно в русле. Часть льдин у края выпирало па берег, и они медленно таяли, превращаясь в своеобразные ледяные щетки. Сверху сохранялась сплошная ледяная корка, из-за которой льдина казалась целой, а снизу она превращалась в скопление ледяных иголок длиной 15-20 и толщиной 1,5-2 сантиметра.

Стоило такую подтаявшую льдину толкнуть ногой, как она с удивительно мелодичным хрустальным звоном рассыпалась в кучу иголок. Это являлось одним из наших весенних развлечений.

Вероятно, из-за обилия деревьев в прибрежных лесах, где зимой скапливалось много снега, половодье было буйным и обширным, маленькая Шулма становилась шириной почти как Волга у нынешнего Горького. По Шулме лес сплавляли гонками (бревна «сплачивали», т. е. делали плоты: толстые бревна располагали параллельно и с двух концов клали поперек жердь или более топкое бревно, связывая лес «вицами». Это и называлось «вязать плоты». Затем пять-шесть плотов скрепляли последовательно, один за другим и на двух крайних укрепляли «потеси» – обтесанные в виде тяжелого весла бревна. Это и называлось гонкой. Движениями потеси гонку удерживали на середине реки или «прибивали» к берегу.

Когда я училась в Вахонькинской школе, которая находилась в трех километрах выше по Шулме, мы иногда приезжали домой на гонках. Для этого после уроков бежали на берег и, завидев приближавшуюся гонку, кричали: «Дядя, прибейся к берегу!» Обычно нам не отказывали и, ворочая тяжелой потесью, подгоняли гонку к берегу, с которого мы горохом сыпали на нее. Когда река доносила гонку до нашего села, следовала опять просьба «прибиться к берегу», и теперь с нее на землю прыгала довольная школьная мелкота. Иногда, недопрыгнув до берега, мы попадали в воду, но начерпанная в сапоги она не огорчала, т. к. дом уже близко и мокрые портянки высушивались на печи.

В 1913-1914 гг. по Шулме сплавляли и пиленый лес (тес) баржами, или, как их называли у нас, «барками», которые строились из того же свеженапиленного теса. Возможно, они были не так уж велики, но нам в то время казались громадными, и до сих пор у меня сохранилось впечатление, как красиво выплывали из-за поворота реки эти, как-то по особенному чистые, желтовато-белые корабли. Двигались они за счет течения реки, а для того, чтобы направлять их по фарватеру, на носу и корме делались отверстия, в которых, как на гонках, укреплялись весла. Кажется, эти весла уже не назывались потесями.

Позднее, по-видимому, в верховьях Шулмы перестали пилить тес, и барки больше не приходили. По Андоге лес сплавляли чаще кошмами – для них использовали бревна меньшего диаметра и меньшей длины и складывали их не в один слой, как в гонках, а многослойными пакетами. Такие пакеты также связывались по типу гонок, но из меньшего количества плотов, и, кажется, скреплялись они не по торцам бревен, а в поперечном положении (в последнем не совсем уверена). Сплав гонок и кошм был делом далеко не спокойным, бывало, что на крутых поворотах при ударах о берег или о крупные камни плоты отрывались или вообще рассыпались. Гонщики пытались их собрать, а если это не удавалось, то возвращались домой, не получая никакой платы, даже когда это случалось уже в конце пути.

Работа очень тяжелая, обычно гонщиками были мужчины, женщины шли на нее редко, и их ставили только на кормовое весло, то есть на менее ответственный участок, поскольку направление в основном задавалось положением первого плота. Иногда одну гонку сплавляло несколько гонщиков. В этом случае обычно на среднем плоту ставили шалаш, где отдыхали те, кто оказывался свободен от работы. Чаще гонщиков было двое. На прямых участках реки каждый стоял у своего весла и только изредка «бил» им. На поворотах или при какой-то опасности (большие подводные камни, сильное течение, которое гонит на берег, мельничная плотина и т. д.) начиналась бешеная потогонная работа. Весла били непрерывно, главный гонщик выкрикивал резкие приказания, подсобники бегали, перескакивая с плота на плот, от одного весла к другому, где нужна помощь, и с облегченным вздохом вытирали пот, когда опасное место оставалось позади. В миниатюре повторялась картина сплава барж мимо скал-«бойцов» на уральских реках, описанная в литературе.

Смотрите так же:  Одырь река

Когда вода немного спадала (реки были полноводны, но уже входили в свои берега), начинался сплав леса «молем», т. е. отдельными, несвязанными бревнами. Они плыли, покрывая реку сплошным слоем, так что более удалые и ловкие ребята могли перебегать по ним через реку, хотя это довольно опасно. Если бегущий попадал на тонкое бревно или на край, особенно на более тонкую верхушку бревна, случалось, что они, не выдержав тяжести, опускались, и смельчак оказывался в воде между движущимися бревнами или хуже того – под ними. Иногда поток бревен натыкался на какое-нибудь препятствие или просто вставшее поперек бревно и останавливался. На эти бревна налезали другие, подплывавшие сзади, и образовывался «залом» – беспорядочное нагромождение бревен, запрудившее реку. На залом взбирались самые опытные и сильные сплавщики, баграми вытаскивали из него и пускали по реке отдельные бревна и восстанавливали движение. Эта работа тоже очень опасная. Случалось, что после того, как удавалось вытащить застрявшее бревно, вся масса залома начинала двигаться, и сплавщик, прыгая что есть духу с плывущего скользкого бревна на такое же другое, мчался к берегу. Попасть между бревнами означало гибель или, в лучшем случае, переломы, раны и синяки.

Недалеко от устья Шулмы (впадения ее в Андогу), как раз против нашего дома, сплавщики делали остановку. Не знаю, вызывалась ли она усталостью и потребностью в отдыхе перед выходом в быструю Андогу или необходимостью провести учет сплавляемого леса. На берегу в нескольких местах были вбиты в землю, плотно друг к другу, 15-16 толстых кольев, образовывавших своего рода искусственные пни высотой сантиметров 35-40. К ним канатами причаливали гонки на ночь, а иногда и на два-три дня. Гонки размещались в несколько рядов – первый у берега, следующие параллельно им, так что получался бревенчатый настил чуть не через всю ширину реки, и мы, ребятишки, любили бегать по нему, перескакивая с плота на плот. Один раз эта забава чуть не стоила мне жизни. Расстояние между плотами соседних гонок в одном месте оказалось довольно большим, и, чтобы перепрыгнуть его, я встала на самое крайнее бревно, а оно было то ли плохо привязано, то ли отвязалось в пути и от моего толчка ушло под воду. Очутилась в воде и я, причем сильное течение положило меня на спину и потащило под гонку. К счастью, я успела одной рукой уцепиться за вицу, связывающую бревна, а на соседней гонке работал брат Петя – перебирал и пересчитывал ворох запасных виц. Крикнуть я не успела, но он увидел, что мелькавшее на гонках розовое платьишко вдруг исчезло, бросился к месту, где оно должно было быть, и увидел над водой судорожно вцепившуюся в вицу ручонку и половину головы с вытаращенным глазом – все остальное было уже под гонкой. Он меня и вытащил. Испугаться в этот момент я еще не успела, но, уже стоя на берегу, увидела, что на дороге к дому стоит, разговаривая с какой-то женщиной, мама. И вот тут я очень испугалась, что мне за это купанье крепко влетит. Подбежавшая сестра Зоя быстро сообразила, что за компанию достанется и ей (она тоже бегала по гонкам), поэтому мы быстро составили и реализовали общий план – крепко сцепились, причем она встала с той стороны, с которой нас могла видеть мама, и что есть духу промчались мимо разговаривавших женщин. Дома я переоделась и расстелила мокрое платье на печке, на кирпичах, чтобы быстрее высушить. Высохло оно быстро, но от кирпичей покрылось мелкими рыжими крапинками. К счастью, мама этого не заметила, но Петя несколько дней пугал меня. Когда семья собиралась за столом, он вдруг начинал разговор о том, как некоторые малыши бегают по гонкам, или вдруг спрашивал меня, холодная ли вода в Шулме, но, видя, как я при этом замираю, прекращал разговор и так меня и не выдал.

При сплаве леса молем в этом же месте делалась «запань» – плавучий мост шириною в три-четыре бревна и длиною от одного берега до другого с перерывом посредине, перекрытый мостиком. В промежуток свободной воды под мостиком сплавщики баграми проталкивали по одному бревна, скопившиеся выше запани. Не знаю, делалось ли это для счета бревен, доплывших до конца Шулмы, или, скорее, для того, чтобы в устье не образовывался залом. Шулма впадала в Андогу под прямым углом, поэтому плывущие по ней бревна должны сделать крутой поворот, и если бы это была сплошная масса, то она легко могла тут застрять, а одиночные бревна благополучно заворачивали в Андогу. Изредка случалось (на моей памяти один раз), что при сильном напоре воды и скопившихся бревнах запань прорывало, и бревна начинали идти сплошной массой, но этот прорыв сплавщики быстро ликвидировали. Так подробно я пишу о сплаве, потому что в детском сознании все это: весна, солнце, первая травка, ширь разлившейся реки, энергично снующие фигуры сплавщиков, деловой гам (иной раз и с крепким словом) – сливалось в своего рода праздник и являлось одной из достопримечательностей Андоги (уже не реки, а местности).

Жители села Никольского и прилегающих к нему деревень на вопрос «Откуда они родом?» не без гордости отвечают «Я из Андоги». Интересна история топонима – Андога. Корень «анд» находим в испанском языке, что означает «дар». Один из родов угро-финского происхождения в поисках благоприятных природных условий поселился на берегах озера, очень богатого рыбой. Племя рассматривало эти богатства как «дар бога» и назвало озеро Анд, а реку, вытекающую из него, Андога. Это название впоследствии закрепилось за селом Никольским и окрестными деревнями.

P.S. В древнейшие времена слово анд обозначало “наивысший” и даже имело свой символ (иероглиф) – &.
«Простота и хлебосольство… без лести и обмана» как самобытные качества характера андогского народа, что проживают в Череповецком уезде, особо отмечены в исследовании Н. Богословского.

Три красавицы-девицы жили в большом болоте около деревни Счастливое. Звали их Казара, Кумсара, Шулма. Однажды они решили все трое уйти из болота. Уговорились встать утром рано, умыться, помолиться и тронуться в путь. Легли спать. Казара и Кумсара проснулись вместе, умылись, помолились и ушли, а Шулму не разбудили. Проснулась Шулма, увидела, что ее подруги покинули, и страшно рассердилась.

Сердитая, она быстро понеслась по камням и перекатам, дала сама себе жестокое слово – выместить свою злобу на людях, брать с них каждый год по две жертвы – одну весной, а другую осенью.

Жалко стало людей Казаре и Кумсаре. Отправились они к Шулме и стали просить ее отменить жестокое слово. Но злая Шулма упрямствовала. Сговорились на том, что она будет брать одну, а не две жертвы с людей, а Казара и Кумсара отдадут ей свои воды. К легенде добавляют, что в Шулме каждый год тонут люди, а в Казаре и Кумсаре этого не бывает.

Смотрите так же:  Реки италия карта

/Записано в Андоге М. Чернышовой в 1925 г./

Прекрасный заболоченный лес между реками Ледбал и Шулма. Череповецкий район, Вологодская обл. Рядом была Арбунская волость Белозерского княжества. Ну и Арбужевесь тоже не так, чтобы далеко, но уже южнее и по Шексне ближе к Пошехонью.

Про арбуев вы помните: Митрополит Московский Макарий в 1534 г. жаловался, что на севере народ часто обращается к волхвам и колдунам — «а молятца деи по скверным своим молбищам древесом и камению, по действу дияволю, и среды деи и пятка и святых постов не чтят и не хранят, и в Петров деи пост многие ядят скором, и жертву деи и питья жрут и пьют мерзким бесом, и призывают деи на те свои скверныя молбища злодеивых отступник арбуев Чюдцких, и мертвых деи своих они кладут в лесех по курганом и по коломищом, с теми же арбуи, а к церквам деи на погосты тех своих умерших оне не возят сохраняти; также деи у них у которые жены дитя родитца, и они деи наперед к тем своим младенцем призывают тех же скверных арбуев; и те деи арбуи младенцем их имяна свойски нарицают, а вас деи, игуменов и священников, оне к тем своим младенцем призывают после; а на кануны деи свои призывают оне тех же скверных арбуев, и те деи арбуи над кануны их арбуют скверным бесом и смущают деи християнство своим нечестием. «

Этнографами и лингвистами обнаруживается сходство в культуре и религиях вепсов, меря и мари. У горных марийцев жрец назывался «арвуй», у карел, эстонцев и вепсов «arvi». Можно с уверенность предположить, что мерянских волхвов так же звали арбуями. Генетически связаны обрядовые игры, драматизорованные действия, святочные маски марийцев, мордвы, карелов, эстонцев, вепсов (Акцорин, 1972, с.155-160).

Это говорит о том, что общими были земледельческие календарно-обрядовые культы, мифологические образы, воззрения и поверия на основе почитания предков. Марийцы верили, что начинающая прясть девочка, если хочет этому научиться быстро и хорошо, должна в полночь прясть вместе с выходящей из подполья старухой-пряхой. Та же тема присутствует в вепской сказке: из-под пола ночью выходит старуха, чтобы прясть вместе с хозяйкой (Зайцева, Муллонен, 1969, с.190). Сходные образы распространены в новогородних представлениях современного русского населения Костромы, Галича, Дмитровского района Московской области (Зернова, 1932), известны в Нижегородском и Марийском Поветлужье. Можно предположить, что образ кикиморы в мифологии русского населения Волго-Окского бассейна возник в результате славянизации мери и вепсов. Духи покровительницы прядения и ткачества восходят к до русскому периоду, прослеживаются в эпосе эстонцев и финнов. У марийцев и вепсов он имеет ярко выраженные патриархальные черты — это мифологический женский образ, домашнее божество, возникающее с переходом от кочевого образа жизни к оседлости, к земледелию с ткачеством и прядением у женщин. Как показывают исследования эстонских ученых, лен на территории Эстонии выращивается с 1 тыс. до н.э.(Эстонская народная, 1960, с. 192).

Общие образы, характерные также для прибалтийских финнов, содержит и марийская народная демонология. Злой дух «пери» известен у карелов, финнов и марийцев.

Но вернемся к междуречью рек Ледбал и Шулма.

Вокруг — красота. Реки и села: Смерьга, Мотома, Ковжа, Шухободь, Кызголойда, Кыргода, Киш бой(л), Корб, Родомбой(л), Чаромба(л), Кукобой(л), Самсарка, Кумсара, Урусарка, Кучесара, Шушбой(л), Ишкобой(л), Лилигумзь, Кыргода, Амбохта, Чукша, Поэма, одним словом.

Мы там можем прогуляться благодаря замечательным фотопейзажам Валерия:

«Заболоченый лес» на Яндекс.Фотках
Старая лужа в глухом лесу превращается в целый мир, загадочный и безграничный.

«. стань недвижно,
как стоит во мху осока,
как стоит валун на поле,
как вода в окне болотном.»

Это — сам Ледбал. Или Ледбол. Мелкий, но энергичный.

В сказках и в «Калевале» коряги всегда связаны с волшебством нижнего мира. Когда их видишь, понимаешь, что по-другому не может быть:

Череповецкий Муниципальный район

Нелазское сельское поселение


Родькин Александр Сергеевич
Администрация:
162675, д.Шулма, ул.Центральная, д.15

Родькин Александр Сергеевич

Талалаева Светлана Юрьевна
Наиболее крупные населенные пункты:

Нелазское сельское поселение входит в состав Череповецкого муниципального района Вологодской области.

Административный центр – д. Шулма находится на расстоянии 35 км от районного центра. Площадь поселения 115,7 кв.км. Протяженность с севера на юг 17 км, с запада на восток 28 км.

На территории Нелазского сельского поселения находится 16 населенных пунктов, в которых постоянно проживает 2074 человек, число наличных хозяйств составляет 847 ед.

На территории поселения осуществляет свою деятельность крупнейшее рыбоперерабатывающее предприятие Вологодской области ООО Север – Рыба — производство, продажа продукции из морской, речной рыбы и морепродуктов: копченая, соленая, вяленая, пресервы, нарезка, икра под торговой маркой «Север-Рыба».

На территории предприятия расположен оптово – розничный магазин.

На территории поселения находятся две автозаправочные станции:

Торговлю на территории поселения осуществляют 8 юридических лиц и 11 индивидуальных предпринимателей. На территории поселения находятся 10 магазинов, 2 павильона. Продовольственными товарами население обеспечивают 9 торговых точек, смешанными товарами торгует 7 предприятий, непродовольственными товарами – 5 торговых предприятия.

Общественное питание представлено ОАО «Северсталь» столовая б/о «Торово», придорожный комплекс «Лукоморье» район с. Нелазское.

По территории Нелазского СП проходит автомобильная дорога федерального значения А-114 «Вологда – Н. Ладога», протяженностью 13 км. Протяженность автомобильных дорог по территории поселения составляет 63,3 км. Местного значения 50,3 км., дорог с асфальтово-бетонным покрытием 35,5 км., грунтовых дорог 27,8 км., мостов автомобильных – 3 ед.

Нелазское сельское поселение имеет выход на Рыбинское водохранилище, р. Суда, по его территории протекают малые реки Нелаза, Шулма, Андога, Сойвола, Чуровка.

Услуги по пассажирским перевозкам предоставляет МУП «Череповецкая автоколонна № 1456». Действует автобусный маршрут: Череповец – Фабрика 7-й годовщины. Перевозка пассажиров до д. Шулма осуществляется автобусами малой вместимости.

На территории поселения расположены 3 отделения «Почта России»: д. Шулма, п.Андогский, с.Нелазское. В 2007 г. построена волоконно-оптическая линия связи д.Шулма протяженностью 4,3 км, что позволит значительно повысить качество связи. В районе ОАО «Аммофос» установлена базовая станция базовая станция ОАО «Мобильные ТелеСистемы».

Стационарную телефонную связь обеспечивает МЦТЭТ ПАО «Ростелеком» с использованием кабельных линий связи, на территории поселения расположены три АТС.

В 12 населенных пунктах установлено 13 таксофонов в рамках национального проекта «Универсальная услуга». Территория сельского поселения обслуживается сотовыми операторами мобильной телефонной связи: «МТС», «Билайн», «Мегафон», «Теле-2». В целях устранения цифрового неравенства на территории Нелазского сельского поселения в п.Андогском и в с.Нелазском организованы точки общего доступа к сети интернет, установлены беседки.

ЖИЛОЙ ФОНД — ООО «Управком»

ВОДОСНАБЖЕНИЕ — ООО «Череповецкие водохозяйственные системы»

ВОДООТВЕДЕНИЕ — ООО «Череповецкие водохозяйственные системы»

ТЕПЛОСНАБЖЕНИЕ — ООО «Теплосеть-1»

ЭЛЕКТРОСНАБЖЕНИЕ — Производственное отделение «Череповецкие электрические сети» филиала ПАО «МРСК Северо-Запада» «Вологдаэнерго»; АО Вологдаоблэнерго Производственное отделение «Череповецкое»

ГАЗОСНАБЖЕНИЕ — АО «Газпром газораспределение Вологда»

МОУ «Нелазская школа» — 144 ученика
МДОУ «Шулмский детский сад» — 76 детей

Медицинское обслуживание осуществляется Шулмской амбулаторией, Андогским и Нелазским фельдшерско-акушерскими пунктами.

МБУК «Нелазское социально-культурное объединение».

В состав МБУК «Нелазское СКО» входят: Шулмский сельский дом культуры, клуб в п.Андогский, Физкультурно-оздоровительный комплекс д.Шулма, библиотека п.Андогский, библиотека д.Шулма.

Культурно – досуговые формирования самодеятельного народного творчества:

Хор ветеранов «Бодрость», театральный «Маска», танцевальный «Ассоль», студия эстрадной песни, клуб ветеранов, студия эстрадной песни «Веселые девчата», вокально – инструментальный ансамбль, настольный теннис, футбол, клуб любителей тяжелой атлетики, волейбол.

Танцевальные «Ассорти», «Кнопочки», «Горошинки»; театральные: «Непоседы», клуб чтения «Алые паруса»; вокальная группа «Карусель», детская вокальная студия «Веселые нотки», вокальная группа «Искорки», вокальная группа «Домажор», детский вокальный кружок, футбол, баскетбол, клуб любителей настольных игр.

На территории поселения находятся следующие спортивные сооружения: спортивные залы в МОУ «Нелазская школа» и в физкультурно – оздоровительном комплексе д. Шулма, стрелковый тир в МОУ «Нелазская школа» (не работает).

В Нелазском сельском поселении зарегистрировано 3 садоводческих товарищества.

На территории Нелазского сельского поселения в с. Нелазское находится Церковь Успения Пресвятой Богородицы — один из самых значи­тельных памятников русского деревянного зодчества XVII века.

Адм. центр — г. Череповец. Органы власти: районное собрание представителей; администрация р-на.

Наименование местности появилось до возникновения города. Ученики преп. Сергия Радонежского — Афанасий и Феодосий — достигли места Череповесь и при впадении р. Ягорбы в р. Шексну осн. Воскресенский Череповецкий мон. (1392). Возле обители образовалась слобода, а затем и с. Феодосьево.

В XVII в. Череповесь входила в состав Белозерского у., в 1708 (разделение России на губернии) волость причислена к Ингерманландской (Санкт-Петербургской) губ. В 1777 по указу имп. Екатерины II подмонастырская слобода и с. Феодосьево преобраз. в г. Череповец, до 1917 новообразованный Череповецкий у. находился в Новгородской губ. В мае 1918 — I съезд Советов Череповецкой губ. В 1927 губ. ликвидирована, образ. Череповецкий р-н (Ленинградской обл. ), в сентябре 1937 в связи с учреждением Вологодской обл. включен в ее границы.

Расстояние до обл. центра — 124 км по ж. д. Площадь — 7,6 тыс. км2. Население — 40,8 тыс. чел.

Автодороги: Вологда — Новая Ладога (федерального значения) и Череповец — Загорск (обл. значения). Ж/д станции: Череповец, Суда и три разъезда: Хемалда, Кошта, Нелазское на линии С.— Петербург — Вологда — Киров. Аэропорт: в г. Череповце.

Газоснабжение: в пос. Тоншалово, Малечкино, Ботово, Домозерово, Шулма, Нелазское, Климовское, Шалимово — природный газ; остальные пос. обеспечиваются сжиженным газом. Электроснабжение — Череповецкие электросети АО «Вологдаэнерго».

25 с/с, рай. пос. Тоншалово, 553 сельских населенных пункта.

Череповецкий р-н является юго-зап. частью В. о., расположен на Молого-Шекснинской равнине. В рельефе преобл. плоская низменная поверхность междуречий (абсолютные отметки 100–130 м над уровнем моря) с врезанными поймами ограниченных размеров. Распространены переходные и верховые водораздельные болота, встречаются пойменные низинные болота. Южная, наиболее низкая часть затоплена Рыбинским вдхр., в Шекснинской горловине которого расположен г. Череповец.

Осн. типы почв: подзолистые, дерновые, болотные (в «чистом» виде или в различных сочетаниях между собой). Лесные массивы представлены заболоченными низкополнотными сосновыми древостоями. Большое число озер и болот, слаборазвитая эрозионная сеть и развитая гидрографическая сеть. Реки Шексна, Ягорба, Серовка, Нелаза, Торовка, Кошта, Суда, на В. расположено Шекснинское русловое вдхр.

В юго-зап. части р-на находится Дарвинский гос. заповедник. 3 природных заказника обл. значения: Ваганиха, урочище Шарма, Вороново.

Предприятия: лесопромышленные (Судская лесоперевалочная база, ЗАО «Суда»), с/х («Мяксинский», «Октябрьское», «Ботово», «Уломское», «Овощное», «Малечкино», «Череповецкий бройлер»).

Памятн. архитектуры: ц. Успения Пресвятой Богородицы (с. Нелазское, памятн. деревянного зодчества XVII в. федерального значения), ц. Николо-Дмитриевская, ансамбль церквей Воскресения Иоакима и Анны.

Здесь род. филолог Е. В. Барсов, философ А. М. Брянцев, чл.— корр. АН Н. Д. Чечулин, чл.— корр. АН СССР А. Т. Туманов, чл.— корр. АМН Герой Социалистического Труда Н. М. Амосов, народный врач СССР И. В. Кольцов; с этим краем связана творческая судьба И. Северянина.

Источник: Вологодская энциклопедия. Вологда: ВГПУ,
издательство «Русь», 2006. 608 с., илл. ISBN 5–87822-305–8

Значение слова шулма

шулма в словаре кроссвордиста

Шулма — река в Вологодской области России , левый приток Андоги (бассейн Волги ).

Вытекает из болота Федино на Андогской гряде, на территории Воскресенского сельского поселения Череповецкого района , вначале течёт на север и северо-запад, затем поворачивает на запад, пересекает границу Андроновского сельского поселения Кадуйского района . Русло сильноизвилистое. Верхнее течение проходит по волнистой и холмистой моренной равнине, на высоте 160—180 м над уровнем моря, глубина вреза речной долины 4—6 м. В среднем и нижнем течении русло проходит по плоской и волнистой озерно-ледниковой равнине на высоте 110—140 м, глубина вреза долины достигает 15—20 м. После деревни Красное река поворачивает на юг, впадает в Андогу в 26 км от её устья в селе Никольское . Длина реки составляет 76 км, уклон — 0,98 м/км. Берега реки местами крутые, высокие, на них встречаются выходы верхнекаменноугольных известняков и доломитов, пермских глин. Ранее река использовалась для лесосплава.

Населённые пункты на берегах: