Меню

Памятник город ангелов

БЕСЛАН. ГОРОД АНГЕЛОВ

Это кладбище встречает всех, прилетевших в Осетию, оно – по дороге из аэропорта. Бесланское кладбище, которое здесь называют «Город Ангелов». Более трехсот тридцати могил с памятниками розового гранита, в которых лежат дети, их родители, учителя. И здесь же памятник спецназовцам, погибшим при освобождении школы…

10 лет назад жизнь в Беслане разделилась на «до» и «после». Точка отсчета – 1 сентября 2004-го, захват террористами более 1100 заложников в школе, 52 часа мучительного ожидания и… чудовищная развязка: 334 погибших, большинство из которых – дети, сотни раненых. Беслан тогда оплакивал весь мир. А само название города стало синонимом скорби.

1 сентября 2004 года 34 боевика захватили более 1100 заложников — детей и взрослых, пришедших на торжественную линейку в школу №1 города Беслана. Нескольким десяткам старшеклассников удалось сбежать, остальных террористы загнали в спортзал, где продержали в заминированном здании в тяжелейших условиях без воды и еды три дня — до того самого момента, как начался штурм. Жертвами трагедии стали 334 человека, в том числе 318 заложников, из которых 186 — дети. Свыше 800 человек были ранены.

Феликс Тотиев у могил своих шестерых внуков. Мемориальное кладбище «Город ангелов», Беслан

Школа №1. Она сама теперь страшный памятник. Тот самый двор, который каждый из нас сто раз видел по телевизору. Спортивный зал, обгорелые потолочные балки и выгоревший в чёрное дощатый пол. Баскетбольные щиты. Физкультурные речёвки на стенах. Выбитые навсегда большие окна.

На стенах спортзала висят фотографии, в «точке вбрасывания» стоит крест, а вокруг него… игрушки и бутылки с водой. Их все эти годы приносят те, кто приходит поклониться этому ставшему святым месту. Бесланская школа продолжает давать уроки. И это пожизненно.

10 лет назад жизнь в Беслане и Осетии разделилась на «до» и «после». Точка отсчета – 1 сентября 2004-го…

У таких трагедий не бывает срока давности. О них нельзя забывать. К ним нужно обращаться. Потому, что тот страшный сентябрь – непрошедшее время. Потому, что жизнь ушедших продолжается в памяти живых. Потому, что человеческая память — это огонь в лампаде, который нужно поддерживать, чтобы он давал нам отблески света в день грядущий.

Фото: Михаил Мордасов, Википедия

Отзыв: Мемориальный комплекс «Город ангелов» (Россия, Беслан) — Страшно, больно и очень тяжело.

Есть темы, о которых очень сложно говорить, но нужно. Беслан — одна из них. Этот отзыв почти год висел в черновиках, но начало нового учебного года все же подтолкнуло меня закончить его. В память о тех, кто погиб там 14 лет назад. А за три дня, с 1 по 3 сентября 2004 года, город потерял людей больше, чем за годы Великой Отечественной войны. К сожалению, при написании отзыва я не смогла найти цифры, виденные мною ранее, вероятно, это было прочитано на одном из памятников в самом городе, но этот факт меня потряс и прочно засел в голове.
Посетить Мемориальную школу №1 и Город ангелов мы с мужем решились не сразу, а только когда второй раз проезжали Беслан. Когда все же решились, первый житель, к которому мы обратились с вопросом, как найти мемориал, указал нам нужное направление. Так мы оказались у входа в «Город ангелов».

Большая ухоженная территория, где невероятно тяжело находиться.

Ровные ряды могил, детские и взрослые лица на памятниках, группы памятников под одной фамилией. Вы только представьте, шесть (!) могил в ряд под одной фамилией. Очень больно и очень страшно даже нам, совсем посторонним людям.

Недалеко от входа стоит вот такой памятник погибшим при спасении людей бойцам ЦСН ФСБ.

«Вы навсегда в самом сердце Беслана — парни, закрывшие сердцем детей».

А это центральный памятник «Дерево скорби».

Дерево образовано четырьмя женскими фигурами, символизирующими матерей, с поднятыми вверх руками, выпускающими в небо множество ангелов — погибших в те страшные дни детей.

Вокруг много цветов, венков, игрушек, статуэток и бутылок с водой — люди испытывали жажду.

И памятные плиты с именами погибших.

Близ «Дерева скорби» 1 сентября 2019 года, в десятую годовщину трагедии, был установлен поклонный крест.

Мы посещали мемориал буквально через несколько дней после его установки — в сентябре 2019 года и на некоторых надгробиях видели ленточки «выпускник». Эти ребята не услышали своего последнего школьного звонка.

За поклонным крестом молодежью республик Кабардино-Балкарской и Северная Осетия-Алания в апреле 2011 года была высажена «Роща ангелов».

Надеюсь, что деревья со временем разрастутся.

А этот хачкар, также находящийся на территории Города ангелов, был подарен в 2005 году детьми Армении. Слева от хачкара питьевой фонтанчик, распространенный в Армении, с надписью «умоляем, дайте воды».

В Городе ангелов находиться очень тяжело, слезы накатывают сами, да и разве может быть иначе?

«Город ангелов» получит финансирование

После скандала в соцсетях власти Северной Осетии обратили внимание на мемориальное кладбище в городе Беслане

Глава Северной Осетии Вячеслав Битаров потребовал в максимально короткие сроки закрыть вопрос с финансированием «Города ангелов». Решение главы республики можно назвать ответной реакцией на пост в Фейсбук руководителя Государственного казённого учреждения (ГКУ) «Бесланское мемориальное кладбище» Касполата Рамонова. В нем мужчина рассказывал, что учреждение не финансируется более двух лет. Публикация в соцсети набрала около тысячи лайков и почти столько же перепостов. Плюс ее активно распространяли в мессенджерах.

Пресс-служба «Серого дома» (так в Северной Осетии неформально именуют правительственное здание) сообщила, что Битаров провел совещание по вопросу выделения средств на финансирование ГКУ в Беслане. Он сказал, что давал поручения о выделение денежных средств кладбищу и потребовал от своих чиновников объяснений почему указание не было исполнено.

«Почему министерство ЖКХ не обеспечило финансирование ‘Города Ангелов’ теми средствами, которые были заложены в республиканском бюджете и в 2019, и в 2019 году? Это не просто объект – это память о тех детях, которые там погибли», — отметил Битаров.

По словам министра ЖКХ, топлива и энергетики Альберта Сокурова, лимиты финансирования до учреждения были доведены в полном объеме, но возникла проблема с отчетностью учреждения.

«Все необходимые средства в бюджете республики, действительно, предусмотрены. Так, в прошлом году было выделено 7 млн 25 тысяч рублей, в этом уже 7 млн 395 тысяч. Но непоступление денег связано с нарушениями финансово-хозяйственной деятельности самого предприятия. Так, из-за отсутствия отчетности счета были заблокированы», — сказал Сокуров.

Министр рассказал о том, что смотритель кладбища Рамонов, якобы не хочет нанимать на работу бухгалтера, чтобы не отчитываться за потраченные денежные средства. Стоит отметить, что за пару часов до появления официальной и информации на сайте Главы и правительства республики, в соцсеть Фейсбук был сделан информационный вброс с аналогичной информацией. Там анонимный автор рассказывает, что как только два года назад Рамонов рассказал Битарову о проблеме с финансированием, то тот сразу распорядился ее решить. Но смотритель кладбища не хочет брать на работу бухгалтера и счета были заблокированы.

«Давайте договоримся так, есть бухгалтер или нет его, мы не можем требовать от человека, который тяжело пострадал в этой страшной трагедии, бухгалтерской отчетности и предоставления какой-то документации. Потому обеспечьте при участии министерства ЖКХ, если надо, и Минфина, ведение учета. Решайте вопрос с разблокировкой счетов, и чтобы деньги в максимально короткие сроки были получены. Впредь проблем со своевременным финансированием быть не должно», — заявил Битаров.

Напомним, что в своей публикации Рамонов рассказывал, что для поддержания должного порядка на кладбище, он продал почти всю свою недвижимость. Смотритель охраняет кладбище он вандалов, парочек, решивших устроить там свидания, сажает цветы и реставрирует памятники. Он рассказал, что проблемы с финансированием кладбища начались при Битарове. Он также писал, что состояние его здоровья уже не позволяет ему «бороться с непониманием и равнодушием случайных персонажей во власти».

Смотритель кладбища не пояснил, что не так с его здоровьем. А вот анонимный источник в своем вбросе утверждает, что Рамонов неизлечимо болен и глава Северной Осетии якобы передавал ему деньги на лечение. В официальном тексте также отмечено, что министр здравоохранения Михаил Ратманов отметил, что Касполату Рамонову оказывается вся необходимая медицинская помощь, в соответствии с поручением Вячеслава Битарова.

«На протяжении всего времени мы ежемесячно выдаем пациенту лекарственные препараты, которые ему показаны. Такая помощь будет оказываться и дальше», — сообщил министр.

«Город ангелов» – это мемориальное кладбище, где похоронены, погибшие во время захвата заложников и последующего штурма школы №1 города Беслана в сентябре 2004 года. 1 сентября во время торжественной линейки боевики взяли в заложники детей, их родителей и сотрудников школы — всего 1128 человек. Захваченных людей удерживали в здании школы в течение трех дней, а 3 сентября российский спецназ штурмовал здание. Всего, включая спецназовцев и спасателей, погибло 333 человека, из них 186 детей, более 800 были ранены, 72 детей остались инвалидами. В «Городе ангелов» покоятся 266 человек, 186 — детские могилы. Есть еще братская могила, где похоронены фрагменты тел, которые не удалось опознать. На территории кладбища также находится памятник «Древо скорби», хачкар, подаренный детьми Армении, поклонный крест и памятник бойцам спецназа, погибшим при штурме бесланской школы № 1.

Новостное приложение Кавказ.Реалии.
Скачать

Беслан стал “Городом ангелов”

Матери и отцы погибших четыре года назад детей фактически живут на кладбище

31.08.2008 в 17:55, просмотров: 14109

Это кладбище в Беслане называют “Детским”, “Школьным переулком”, а последний год уже официально именуют “Городом ангелов”. Здесь покоятся дети, их родители и учителя, погибшие при теракте в школе №1.
Из 266 могил 186 — детские. Есть еще одна — братская, где похоронены фрагменты тел, которые не удалось опознать.


Дата смерти у всех одна — 3 сентября 2004 года.


Накануне скорбной даты наши спецкоры побывали в Беслане — городе, где многие живые искренне мечтают стать мертвыми.

До сих пор на “детском” погосте почти всегда слышится женский плач. Несчастные матери и бабушки и вовсе бы не уходили с могил, если бы их силой не развозил по домам здешний смотритель Касполат Рамонов.

Четыре года назад этот мужчина принес на кладбище гроб с израненным телом дочери. Похоронив Марианну, он уже не смог уйти с погоста. Так и остался жить у могилы девочки.

Теперь его дом — кладбищенская сторожка, а погребенные в “Городе ангелов” дети стали его родными.

Касполат знает биографию всех погибших. В день рождения каждого ребенка он первым приходит на его могилу, чтобы зажечь лампадку и оставить подарок.

“Пожелание долгих лет жизни мы воспринимаем как проклятие”

На кладбище нет ворот. На входной арке выбито: “Город ангелов”. Фигурки ангелочков здесь повсюду: выставлены вдоль невысокой ограды, восседают на постаментах между могилами.

Надгробий столько, что красные мраморные плиты почти заходят за горизонт. У каждой могилы — бутылки с минеральной водой, которой так не хватало детям, ставшим заложниками террористов.

Прикладывая к камням руки, женщина причитает по-осетински: “Рухсаг у”, что означает “Царство небесное”.

С фотографии на памятнике улыбается большеглазая девочка Зарина Норматова-Ильина. Она так и останется первоклашкой.

На могиле трехлетней Леры Будаевой стоит нарядная кукла. К подножию памятника Сережи Запорожца родные принесли игрушечные машинки.

Мы останавливаемся, не в силах идти дальше, у могил, где выбита фамилия — Арчиновы. По бокам от мамы Индиры похоронены два сына, 13–летний Николай и 6–летний Ахсарбек.

— Счастливая, — кивает на портрет Индиры женщина, — Умерла с детьми в один день.

Положив цветы на три соседние могилы, она идет к Древу жизни. И сливается с четырьмя бронзовыми женскими фигурами, что образуют ствол дерева. Распростертые над головой металлические руки, как ветки, пытаются удержать 50 устремленных в небо ангелов, символизирующих погибших детей.

— Три сентябрьских дня перечеркнули наши жизни, — говорит пришедшая на кладбище к сыну молодая женщина Альбина. — Я не могу забыть, как мы заставляли детей писать в обувь, кто — в туфель, кто куда, и так пили. Не дай бог вам через такое пройти. У меня мальчишка–сосед Сармат четвертый год разговаривает с фотографиями погибших отца и двух братьев.

— Мы все бывшие мамы, бывшие бабушки, бывшие тети, — останавливается рядом Залина. — Время не лечит, а калечит. Каждая из нас мечтает поскорее встретиться со своим ребенком. Если нам кто-то желает долгих лет жизни, мы воспринимаем это как проклятие…

Чтобы как-то отвлечь женщин от горестных мыслей, интересуемся, что за чудо-цветы высажены на клумбах.

— Цветники оформил самолично смотритель погоста Касполат — никому не доверил, сам сажал, — улыбается Залина. — Он у нас и психотерапевт, и садовник, и художник, и сторож…

“Готов умереть ради спасения одного ребенка”

Рамонова мы встречаем в сторожке. Несколько часов назад он вернулся из Цхинвала, с пятидневной войны. Его одежда пропахла дымом, глаза со стальным отливом. На полу — неразобранный рюкзак, на ящике — свежесмазанное ружье с оптическим прицелом.

Перехватив наши взгляды, хозяин объясняет:

— Я с пяти лет стреляю, у меня любовь к оружию в крови: брат деда был лучшим стрелком в округе, меня с малых лет брал на охоту.

В юности, получив отсрочку от армии, Касполат самолично напросился служить в погранвойска. На стрельбище поразил командира, когда сходу “закрыл” все мишени.

И теперь, услышав, что грузинские войска расстреливают в упор женщин и детей, тут же подался в Южную Осетию ополченцем.

— Я готов умереть ради спасения хотя бы одного ребенка, — говорит мужчина. — То, что я увидел в Цхинвале, не показалось мне страшным. Настоящий ужас я видел у нас, в Беслане…

Рамонов рассказывает о дуэли с грузинским снайпером. Только на третий день Касполату удалось “снять” с чердака одного из домов “кукушку”. Безусые пацаны на трех бронетранспортерах проскочили по дороге без потерь.

— А своих родных я оградить от беды не смог, — вздыхает смотритель, сложив на коленях потемневшие от копоти руки.

Четыре года назад, 1 сентября, он проводил 15-летнюю Марианну, 14-летнюю Диану и 8–летнего Ирбека на торжественную линейку в школу. Услышав выстрелы, Касполат схватил ружье и выскочил на улицу. Думал, что стреляют у райотдела милиции, но навстречу неслась ребятня с криками: “Школу бандиты захватили!”

— Пока я добежал до ограды, всех детей уже загнали в спортзал, — продолжает наш собеседник. — За гаражами лежали милиционеры. Видимо, прятались. Я пинал их, орал: “Вставайте, пока не поздно!” Никто из них не поднялся.

Средней дочке Касполата Диане удалось сразу же сбежать от террористов. В спортзале в заложниках остались супруга Алла с Марианной и Ирбеком.

Три дня мужчина выл волком, не в силах помочь родным. После в больнице нашел тяжелораненых жену и сына. В морге — Марианну.

Мы не расспрашиваем Касполата о том страшном для него времени. От его жены Аллы знаем: после первого взрыва осколок попал Марианне под самое сердце. Девочка была жива, только передвигаться стала медленнее, но не переставала успокаивать маму. Школьников под дулом автомата террористы погнали в столовую. Детей заставляли залезать на подоконники, махать занавесками и просить спецназовцев не стрелять. Но пули все равно летели.

Чтобы Ирбека не забрали “на окна”, Алла накрыла его своим телом. Когда начался штурм и прогремели взрывы, у нее в спине остались пять огромных осколков. Не чувствуя боли, женщина потащила детей к выходу. Пуля пробила Марианне селезенку. Девочка успела увидеть, как в спортзал врываются альфовцы. Поняла, что пришло спасение, и замертво упала у окна.

В больнице у тяжелораненой Аллы отказали ноги. Чтобы она могла проститься с дочерью, ее усадили в кресло–каталку. Всю ночь Алла просидела в морге, обняв тело Марианны.

А потом у раненного в ногу Ирбека началась гангрена. Его отправили в Москву, где сделали сложнейшую операцию.

Теперь сын Касполата ходит не хромая. Поправилась и Алла. Только семьи больше не стало. Трагические события оттолкнули супругов друг от друга.

“Сделай мне пояс шахидки”

Похоронив дочь, Касполат не вернулся на престижную работу на таможне в “Верхнем Ларсе”. Он остался жить на кладбище.

— Ночевал под открытым небом, укрывшись от дождя полиэтиленом, — вспоминает наш собеседник. — Никого не видел, ни с кем не говорил, только слышал, как вокруг шептались: “Рамонов сошел с ума”. Я и сам так думал. Мне казалось, что меня похоронили вместе с дочерью. Марианна ведь для меня была особенной, как и я для нее. Между нами была невидимая связь. Во сколько бы я ни возвращался с работы, она чувствовала, что я подхожу к дому, и встречала меня на пороге. Ботинки мои никому чистить не давала, все время сама начищала. Как и я, она училась на одни “пятерки”. Девочка была моим отражением. Хотела поступать в медицинский, все время говорила: “Когда состаришься, я буду, папа, тебя лечить!”

Глядя на портрет Марианны и Касполата, мы отмечаем: “Одно лицо”. Девочка была действительно “папина дочка”.

— Я никогда не забуду и не прощу себе, как отругал ее за две годовые “четверки”, — винит себя мужчина. — “Как ты можешь позорить отца!” — пенял ей. У Марианны тогда началась истерика: “Папа, прости, не говори так, я же тебя больше себя люблю”. Какой же я был дурак.

Сменив воду в вазах с цветами, мы идем по аллее в глубь кладбища.В “Городе ангелов” тихо. Здесь нет деревьев и не слышно птиц. Многие замечали: смерч или пыльная буря, столкнувшись с оградой, обходят кладбище стороной.

— Мы в детстве пугали друг друга кладбищем, — продолжает Касполат. — “Город ангелов” — место особенное. Сюда приезжают ночью с грудными детьми. Сюда тянет людей. Здесь спокойно, тепло. Но многие из ребят–охранников здесь работать не смогли — по ночам им слышались на погосте детские голоса…

Мы едва сдерживаем слезы. У нас тоже неспокойно на душе. Горе втягивает в воронку, как водоворот. Видим: памятник на могиле Софьи Арсоевой обвязан красной лентой, где золотом написано: “Выпускник 2007 года”. Год назад девушка должна была закончить школу, но выпускное платье ей примерить не пришлось.

Никогда не повзрослеют и близнецы Сослан и Аслан Бероевы, чьи улыбающиеся лица смотрят на нас с мраморного постамента.

— Мальчики росли без отца, их воспитывали мама и бабушка, — говорит смотритель.

Касполат знает всех близких погибших. Женщины, потерявшие во время теракта детей, вернули его к жизни. Касполат, в свою очередь, стал для несчастных матерей опорой, в своем роде психотерапевтом.

— Я могу накричать на женщин, которые рыдают без остановки. Могу им нахамить, чтобы только выбить их из состояния шока, — признается наш собеседник. — Могу выступить и в роли клоуна, рассказать смешной анекдот, лишь бы только они улыбнулись и пришли в себя.

Первое время матери и бабушки погибших сидели на могилах круглые сутки. Теперь Касполат не разрешает им оставаться на кладбище на ночь. Подходит и говорит: “У вас времени собраться пять минут”. Берет за руку и развозит их на машине по домам.

Матери Беслана ему доверяют, делятся самым сокровенным.

— В прошлом году как сговорились, — рассказывает Касполат. — То одна придет: “Я знаю, что ты разбираешься в оружии, сделай мне пояс шахидки, отправь меня куда хочешь и подорви, чтобы от моей смерти была польза”. Я дар речи потерял. А что ответить матери, которая потеряла двоих детей? А той, что в морге вручили пакет с пеплом и сказали: “Это твоя дочь”? Ради кого им жить? Через несколько дней ко мне пришла еще одна женщина с той же просьбой, потом третья… Я верю в Бога, вот и сказал: “Это приравнивается к самоубийству. Пожертвуете собой — на том свете со своими детьми не встретитесь”. Только это их и остановило.

Рассказывая, Касполат натирает до блеска влажной тряпкой плитку вокруг детской могилы, на которую никто не приходит. Таких погребений в “Городе ангелов” несколько.

— Родители уверены, что там похоронены не их дети, — объясняет смотритель. — При опознании была большая путаница с анализами. Одна женщина рассказывала: “Приду на могилу сына — ни слезинки не пророню. Чувствую, что под плитой покоится не моя кровиночка”.

Те семьи, которые не могли найти близких, считались самыми несчастными. Например, дедушка Аслана Кисиева долго ходил по моргам с ботинком внука. В конце концов ему предложили… на выбор два неопознанных тела. Он начал мерить стопы погибших принесенной обувкой внука, но ботинок был на три размера меньше. Позже выяснилось, что его внука похоронила другая семья.

Родители Азы Гумецовой 5 месяцев не могли найти тело дочери. А после повторной экспертизы выяснилось, что она лежит в могиле другой девочки.

— Мне страшно подумать, что я все эти годы оплакиваю не своего ребенка, — говорит Залина, целуя фотографию на надгробном камне.

И тут же вспоминает счастливые истории. 8–летний Заурбек после штурма, вырвавшись из спортзала, два дня просидел в огороде возле дома. На него случайно наткнулась мать, которая к тому времени успела обойти все морги. Называет Залина “счастливчиками” и Ирланду Зампаеву и Цезаря Хугаева, которые вышли из плена с лопнувшими барабанными перепонками.

“Жизнь закончилась четыре года назад”

Солнце садится. Мы спешим к еще одному монументу. На раскинутой бронзовой плащ-палатке лежит каска. Плюшевый мишка и книга надежно защищены бронежилетом.

Памятник погибшим сотрудникам спецподразделений “Альфа”, “Вымпел” и МЧС появился на кладбище по инициативе Рамонова. Осетинский скульптор Алан Калманов бесплатно разработал проект. Касполат хотел возвести монумент на свои сбережения. Но сменилось правительство, и деньги на памятник были выделены.

Теперь Касполат знает многих альфовцев в лицо — они частые гости в “Городе ангелов”.

Было дело, смотритель стал свидетелем, как генерал-лейтенант в лампасах стоял на коленях перед памятником больше часа. Видел Рамонов, как один из спецназовцев приехал на кладбище со своим годовалым ребенком, сел и зарыдал на могилах детей, повторяя: “За что. ”

Вспоминает Касполат, как исполосованному шрамами майору он однажды сказал: “Ты весь изранен, еле выжил после Беслана. Уходи из профессии. Я найду тебе хорошую работу во Владикавказе”. Но тот, поблагодарив, ответил: “Пока я живой, буду мстить за погибших детей”.

Касполат его понимает. Сам мог бы давно переселиться с кладбища в город…

— Но я не могу этого сделать, — качает головой. — Когда женщины заходят в арку, первым делом меня ищут. Если не видят, у них начинается паника: “Наших детей бросили!”

Экономист, закончивший в свое время с отличием институт, Рамонов и ныне консультирует предпринимателей по многим вопросам.

— Сколько мне лет? 41 или 42? — говорит рассеянно Касполат. — Неважно — жизнь закончилась четыре года назад.

— Так и останетесь жить на кладбище, у вас же двое детей? Жена не пыталась вернуть вас в дом? — допытываемся мы у смотрителя.

— Что говорит жена, неважно. А с детьми я все время общаюсь, у них все в порядке. Диана захотела стать студенткой МГИМО. Станет, я обещаю. Мне же все время предлагают хорошо оплачиваемую работу. Вот недавно приехал приятель: “Купил кирпичный завод, хочу, чтобы его возглавил знающий человек. Возьмешься?” Я ему: “Садись в машину и уезжай”.

К Касполату уже несколько раз обращались матери, у которых обнаружили онкологические заболевания. Вели его на старую часть городского кладбища. Показывали место, которое они выбрали для своих могил. А просьба у женщин была одна: “Не забывай наших детей”.

После долгой паузы наш собеседник спрашивает:

— Кто поможет детям, которые остались после штурма калеками? Вот я прихожу в дом к Фатиме Дзгоевой, у меня сжимается сердце. Девочка только недавно начала ходить. У нее отсутствует глотательный рефлекс, чтобы ее накормить, надо пищу положить в рот и пропихнуть в пищевод. Этот ребенок никому, кроме родителей, не нужен. А у матери нет денег даже на памперсы. Я попросил, чтобы Дзгоевых принял министр здравоохранения. Тот только руками развел: “У нас нет средств вас профинансировать”. А кому нужна была женщина, которая после теракта два года лежала в коме? А на кого сейчас надеяться двум старикам, которые похоронили у себя на сельском кладбище дочь и четверо детей, которые погибли 3 сентября в спортзале.

“Если бы она была мужиком, я бы ее застрелил”

Каждое первое сентября в Беслан приезжают люди со всего мира. Есть те, кто прилетает ежегодно из Москвы, Новосибирска, Сочи. “Город ангелов” они считают святым местом.

Но есть и те, кого Касполат не пустит на детское кладбище. Одна из них — бывший директор школы №1 Лидия Цалиева. В Беслане многие уверены: спасая свою жизнь, она вступила в сговор с террористами. Теперь ее не обслуживают на местном рынке, не пускают в автобусы. Бывшему директору, мягко говоря, не позавидуешь.

— В спортзале оказалась в заложниках пожилая учительница. Она была ранена. Когда дети не могли выбраться через окна, женщина подставила им свою спину. Она погибла, — гневно говорит смотритель. — А директор Цалиева. Если бы она была мужиком, я бы ее застрелил.

Наши растерянные лица заставляют Касполата признаться: “Не думайте, что я добрый. Для нелюдей — я зверь!”

Гнев смотрителя моментально улетучивается, когда он видит девочку, бегущую по аллее. Кроха родилась в осетинской семье, которая потеряла во время теракта дочку Анжелу, точно в день рождения погибшей, 21 января. И как две капли воды похожа на сестру.

— Жизнь продолжается, — машинально повторяет за нами Касполат. И добавляет: — Хочу сделать здесь фонтан в виде ангела, чтобы постоянно бежала вода. Детям так спокойнее.

Мы не сразу понимаем, что речь идет о погребенных на кладбище детях.

Опубликован в газете «Московский комсомолец» №24850 от 31 августа 2008

В Кемерове собираются создать мемориал памяти погибших. Не повторит ли он судьбу «Города ангелов»?

Власти Кемеровской области поддерживают идею кемеровчан создать постоянный мемориал на том месте , куда сейчас приносят цветы , игрушки и свечи неравнодушные , сообщил замгубернатора Владимир Чернов , пишет gazeta. a42.ru. Будет собрано общественное мнение на предмет судьбы того участка , где сейчас расположился мемориал. Не повторит ли судьбу «Города ангелов» в Беслане кемеровский мемориал?

После трагедии в Кемерове , где в ТЦ «Зимняя вишня» погибли десятки детей , смотритель кладбища «Город ангелов» в Беслане написал в Facebook о людской памяти в чиновничьей системе. И — как бы цинично это не звучало — о том , что бесланская трагедия 13-летней давности «исчерпала свой ресурс».

Касполат Рамонов стал смотрителем потому , что в тот роковой день штурма школы в Беслане погибла его дочь. Сейчас он живет на территории кладбища и делает все , чтобы «Город ангелов» сохранил подобающий вид. Смотритель заявил , что власти оставили мемориал без финансирования еще два года назад. «Более того , счета , на которых нет никаких движений , полгода как арестованы», — рассказал Касполат Рамонов.

«Почему я вдруг решил написать об этом? Состояние моего здоровья уже не позволяет мне достойно противостоять бездушной системе и бороться с непониманием и равнодушием случайных персонажей во власти. Чтобы поддерживать должный порядок на кладбище , я продал почти всю имеющуюся у меня недвижимость. Как могу стараюсь содержать в чистоте место , где „спят“ мои дети: моя девочка , соседские ребята… Дороже этих бедных малышей и этого места у меня нет ничего… Мой самый большой страх заключается в том , что после моей смерти , кладбище окажется никому не нужным и превратится в пустырь», — откровенничает смотритель.

«С тех пор , как к власти пришел Битаров , я из собственных средств и зарплату работникам плачу , и цветы сажаю , и памятники реставрирую , чищу , мою , кошу , отдираю», — продолжает Рамонов.

27 марта глава Северной Осетии Вячеслав Битаров провел совещание по проблеме , о которой написал смотритель «Города Ангелов» в Facebook.

«Почему министерство ЖКХ не обеспечило финансирование «Города Ангелов» теми средствами , которые были заложены в республиканском бюджете и в 2019 , и в 2019 году? Это не просто объект — это память о тех детях , которые там погибли, — отметил глава.

По словам министра топлива и энергетики республики Альберта Сокурова , лимиты финансирования до учреждения были доведены в полном объеме.

«Все необходимые средства в бюджете республики , действительно , предусмотрены. Так , в прошлом году было выделено 7 млн 25 тысяч рублей , в этом уже 7 млн 395 тысяч. Но непоступление денег связано с нарушениями финансово-хозяйственной деятельности самого предприятия. Так , из-за отсутствия отчетности счета были заблокированы», — заявил министр.

Глава республики поручил оперативно разработать механизм финансирования кладбища , разблокировки счетов. Участники совещания также заверили , что смотрителю оказывается медицинская помощь. И рассказали , что находятся те , кто пользуется ситуацией и начинает спекулировать на теме теракта , тем более в дни трагедии в Кемерове. Правда , имена «спекулянтов» чиновники не озвучили. Однако о людском горе , о трагедии в Кемерове , о «короткой памяти» главы республики написал смотритель.

«Была у меня короткая встреча и с Битаровым. Он приезжал с какой-то делегацией. Возложил цветы к памятнику спецназовцам. Я по-осетински , чтобы посторонние не поняли , обратился к нему. Говорю: «Обрати внимание на нас. Неужели мы никому не нужны уже? Это кладбище ведь и твое лицо тоже , ты же сюда людей привозишь.» Битаров сделал удивленное лицо и — уехал. Прошло больше года. А я до сих пор не знаю , что же он понял тогда.

Я не знаю , сколько мне еще отведено ходить по этой земле. Но пока хожу , дышу , живу — буду служить в «Городе ангелов». Буду оберегать покой невинных детей , которые стали символом национального горя и национальной памяти… И я призываю каждого из вас не изменять этой памяти!

Чудовищная трагедия в Кемерово… Пусть земля будет пухом невинным жертвам трагедии», — завершил свой пост смотритель «Города ангелов».

Смотрите так же:  Памятник мыши днк