Меню

Монастыри для детей инвалидов

Монастыри для детей инвалидов

Про монастырь и детей-инвалидов

Общее впечатление на основе изученных фактов.

Руководство Центра почему-то решило, что освобождать не принадлежащие ему здания не надо.
При этом руководство Центра про, как бы это помягче сказать, имело выделенные на расширение средства.
При этом руководство Центра построило на выделенной ему территории все, что угодно, кроме того, что нужно.
Но виновата РПЦ. Потому что РПЦ всегда виновата.

Если бы за каждое нецелевое расходование средств у нас давали бы, как бы это еще помягче выразиться, люлей, радостных и конкретных, такого бардака бы не было.

Дети-инвалиды вообще не при чем.
Монастырь сам по себе, кстати, тоже.
Это, ребята, не про детей и не про монастырь. Это про бардак. Именно поэтому здание должно быть передано монастырю, а на будущее хорошо бы Церкви открыть свое ЧОП. Типа, «православный спенназ», о котором так долго говорилось. И в менее драматичных случаях, чем с детьми-инвалидами, оное ЧОП должно присылать своих сотрудников, которые бы вежливо говорили: «Так, граждане, у вас трое суток, после — выносим вещи». Тогда руководства разных учреждений, от музеев до бухгалтерий, начнет, наконец, шевелиться и работать.

Ежели ошибаюсь где-то — прошу меня простить. Что такое реабилитационная медицина и как в ней зарабатывать деньги, мне немного рассказали. Поэтому у меня недоброе настроение.

Т.е дети должны пойти на три буквы, ибо справедливость требует передачи земли монастырю?

Вам рассказывали кстати, что такое монастырь и как на нем заработать деньги?

Вы верно написали: «Но виновата РПЦ. Потому что РПЦ всегда виновата».
Это принцип виноватости мамы. Во всем. Двойку схлопотал — зачем родила. Не таак женился — почему не остановила.
А кто ж слушал-спрашивал маму?
Ппро цетр вот здесь написано (еще в 2008):
http://pappilonka.livejournal.com/profile — это об авторе:
«Меня зовут Натали, мама двоих деток Павла (19лет) и Арины (4г).
Мой блог появился из-за проблем в здоровье дочери, после сделанной в 2006 г. прививки.
Особые семьи включаю в друзей (по умолчанию).

Мой ЖЖ про то, как менять отношение, когда не можешь изменить ситуацию.
Ищу,пробую все разумные методы реабилитации (не медикаментозные).»
ЗАПИСЬ ЗА 18 МАРТА 2008 г.
Реабилитация в центре «Детство»

http://pappilonka.livejournal.com/1558.html
Может собрать мнения мамочек? Опубликовать? Ну сколько эти нападки будут совершаться?

как лицо заинтересованное.
хочу знать: КУДА будет переведен центр? и КАК от этого изменятся условия?

мне, честно говоря, плевать уже, что во всем виноваты чиновники. Кто инициатором является конфликта? Какова жизненная необходимость в этой территории для монастыря?

а к РПЦ (не уверена в верности выбора термина) у меня вопросы есть.

1 — неправда,
2 — неправда тем более. Вы хорошо знаете эту местность? 🙂

А Центр ничего и не занимает-освобождает. Центр просто незаконно занимает помещение, на котором его уже давно нет.

***а будущее хорошо бы Церкви открыть свое ЧОП. Типа, «православный спенназ», о котором так долго говорилось. И в менее драматичных случаях, чем с детьми-инвалидами, оное ЧОП должно присылать своих сотрудников, которые бы вежливо говорили: «Так, граждане, у вас трое суток, после — выносим вещи».***

так были же уже, вроде, такие сюжеты. с казаками.
общественности очень не понравилось.
и общественность отчасти права — нарушение госмонополии на насилие как раз и должно вызывать нервную реакцию.

>> Что такое реабилитационная медицина и как в ней зарабатывать деньги, мне немного рассказали. Поэтому у меня недоброе настроение.

Замени слова «реабилитационная медицина» на «православие».

Вау! Маша! Православный ЧОП и «трое суток, после — выносим вещи» — это такое БРАВО, что я хлопаю стоя. :))))
Борюсь с желание перепостить, но мне стыдно.

Вы меня простите, Маша, но с такими апологетами вашей РэПэЦэ и врагов не надо :)))

Edited at 2010-12-01 12:44 pm (UTC)

Православный спецназ не нужен, для РПЦ МП есть просто спецназ.
Там, где государство решило что-то отдать РПЦ МП происходит все именно по Вашим словам: «трое суток — выносим вещи».

А если где-то как-то что-то у МП не получаецца, значит с государством не договорились. Или кто-то договорился лучше.
В общем: государство решило спор хозяйствующих субъектов именно так.
И нечего тут на ребцентр наезжать, договариваться надо лучше (других).

Маша, вы ж понимаете, что дело тут не в том, кто прав, а кто виноват. Верно, что действительно-таки у нас везде бардак. Верно, что РПЦ будет всегда виновата. Церковь будут обвинять в любом случае, но все же лучше, если ее будут обвинять в проповеди неудобного Евангелия, а не в отъеме зданий.

Кроме того, ведь здания — это не то что не небесное сокровище, но даже не капиталы, которые можно вывести за рубеж. Те, кто отдают сейчас Церкви недвижимость, делают это для сиюминутной выгоды и с твердым пониманием, что монастырь в сундук не спрячешь — как дали, так и отберем. Для всех очевидно, что политическая ситуация в России крайне нестабильна. Участвовать в реституции в настоящий момент вредно не только с точки зрения репутации (тут оценки могут расходиться), но и просто потому, что привязывая себя к существующей власти, принимая от нее что-то крупное, Церковь автоматически обрекает себя на конфликт с властью будущей. Очевидно, что близость к власти дает возможности творить добро. Но эти возможности имеют столь же очевидные издержки, и эти издержки огромны. Именно поэтому я думаю, что за участием РПЦ в нынешней реституции стоит не специфическое (пусть неверное, но идейное) понимание конкретными руководителями церковной администрации своего долга, но просто-напросто личный материальный или политический (что одно и то же) интерес отдельных церковных начальников. Они понимают вред, наносимый РПЦ даже чисто в мирском плане: ее репутации, степени доверия к ней, как к организации. Но им — все равно, поскольку их будущее РПЦ не интересует. Так что РПЦ, действительно, не виновата.

В Свято-Никольском Черноостровском монастыре г. Малоярославца прошел праздник для детей-инвалидов

9 декабря 2019 года в Духовно-просветительском центре «София» Свято-Никольского Черноостровского женского монастыря г. Малоярославца прошел детский праздник, посвященный Международному дню равных возможностей и ежегодной декаде инвалидов, которая проводится в нашей стране с 3 по 13 декабря.

В празднике приняли участие дети и педагоги социального центра «Звездочка», объединяющего в г. Малоярославце и Малоярославецком районе детей с ограниченными возможностями и их родителей, учащиеся общегородской воскресной школы при Духовно-просветительском центре «София» и воспитанницы детского православного пансиона «Отрада».

Участники концерта порадовали зрителей своими талантами: пели, танцевали, читали стихи, отгадывали загадки и играли в добрые игры. Участница клуба «Звездочка» Анна Жмур исполнила гимн «Звездочки» и песню «Твой мир». Девочки из детского сада № 7 «Аленушка» станцевали танец «Я рисую этот мир» и спели песню «В гостях у сказки». Младшие школьники Сергей Новиков и Артем Первушкин читали стихи, посвященные празднику и семье. С песней «За тихой рекой» выступили воспитанницы детского православного пансиона «Отрада» Анастасия Назарова, Кристина Потолицина и Наталья Выродова. Хореографический коллектив «Отрада» также представил три танца: «Реченька», в которой был задействован весь средний и старший состав ансамбля, танцы-песни «Печка» и «Пошла млада за водой».

Поскольку накануне совершалось отдание праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы, на концерте ведущие рассказали о празднике, прочитали стихи, посвященные празднику и Божией Матери. Введение Пресвятой Богородицы во храм можно в какой-то мере считать детским праздником, так как Пресвятую Богородицу ее родители отдали в храм на воспитание в возрасте 3-х лет. Когда Она поднималась в храм по ступеням своими маленькими ножками, ее сопровождали красиво одетые девочки и девушки со свечами в руках. Так этот детский праздник, на котором вспоминались Божия Матерь и Ее покровительство детям, немощным и слабым, стал в каком-то мере праздником Введения во храм. Ведь мероприятие начиналось и завершалось пением молитв. Среди игр-загадок, которые ведущие праздничного концерта предлагали юным участникам, были и видеозагадки, посвященные храму и его устройству. Дети, в особенности самые маленькие, наперебой вызывались участвовать в играх «Ангел-Хранитель», где нужно было провести человека с завязанными глазами мимо препятствий, уберегая его от опасности, и «Пять орешков», где нужно было называть различные хорошие качества человека. Праздник получился удивительно добрым и радостным.

Смотрите так же:  Святыни в донском монастыре в москве

После завершения концерта и игр под пение финальной песни «Солнечный круг» всем участникам мероприятия вручили сладкие подарки и пригласили на обед в большую трапезную Свято-Никольского Черноостровского женского монастыря.

В России сейчас полтора миллиона детей-инвалидов. С каждым годом эта цифра растет. Экономисты давно подсчитали, что каждый рубль, вложенный государством в их реабилитацию, приносит впоследствии 26 рублей прибыли.

Сегодня в стране открыт только один федеральный реабилитационный центр для детей, который отвечает всем требованиям современной медицины. Это центр «Детство» в Подмосковье, рассчитанный на 250 мест. Казалось бы, для столь уникального учреждения надо создавать самые благоприятные условия и всячески распространять его опыт. Увы. Реконструкция реабилитационного центра сегодня остановлена. Почему?

В редакцию пришло письмо, где каждая строка — крик о помощи. Написали его родители детей-инвалидов из реабилитационного центра «Детство». Суть: центр мешает монастырю, он «вклинивается» в силу исторических причин на территорию Крестовоздвиженского женского монастыря. А это корпус, где два лечебных отделения и уникальная поликлиника с дневным стационаром! Понятно, что налицо спор, как говорят юристы, двух хозяйствующих субъектов. «Но при чем здесь наши больные дети? Неужели их лучше «отпеть», чем лечить и реабилитировать?» — в отчаянии спрашивают родители. В конце письма — 267 их подписей.

От метро «Домодедовская» до лечебницы — 10-15 минут езды. Любой водитель безошибочно подскажет номер нужного маршрута: слишком уж приметные пассажиры спрашивают, как добраться до деревни Лукино. Вот и со мной в маршрутке ехали такие. Седая женщина по имени Татьяна, а с ней мальчик лет семи, который, казалось, никого не слышал. Или не слушал.

Так и вышло — нам по пути. В Лукино прямо напротив остановки — двое ворот и две вывески — «Крестовоздвиженский Иерусалимский ставропигиальный женский монастырь» и ФГУ «Реабилитационный центр «Детство». Две дорожки вдоль высокого забора убегают в разные стороны.

— Стационар — возле остановки, а поликлиника — намного дальше. Между ними монастырь, — объясняет Татьяна и тянет мальчика за собой. — Напрямую пройти нельзя. Не разрешают.

Татьяна разоткровенничалась, как это часто бывает, когда знаешь, что видишь человека в первый и последний раз:

— Думаете, я бабушка? Я — мама. Только поседела за эти годы. Для себя рожала, на радость. А в два года сыну поставили диагноз — аутизм. Сейчас он не подтверждается. Ездим сюда в поликлинику на лечение. Если диагноз снимут, через год пойдем в обычную школу.

Ежегодно в центре «Детство» проходят лечение около трех тысяч детей со всей страны. Диагнозы очень тяжелые: синдром Дауна, ДЦП, олигофрения, шизофрения, аутизм, нефрологическая патология, миопатия. Сюда же привозят грудничков на консультацию. Медицинские силы тут собраны уникальные. Это касается и персонала, и технического оснащения.

— Примерно 30 процентов диагнозов мы не подтверждаем, — рассказывает директор центра «Детство», член-корреспондент РАН Евгений Лильин. — Допустим, ставят ребенку диагноз «олигофрения», а у него на самом деле — социальная задержка развития. За ДЦП часто выдается акушерский паралич.

Евгений Теодорович всю жизнь занимается диагностикой наследственных болезней и реабилитацией детей с этими недугами. Как ученый побывал у коллег в 36 странах мира. В свое время именно он первым в СССР стал изучать близнецов, чтобы лучше понять природу генетических отклонений. О своих пациентах Евгений Теодорович может рассказывать часами. Знает все четыреста причин возникновения ДЦП, может предсказать вероятность появления у ребенка церебрального паралича или шизофрении и уверен, что по крайней мере 20 процентов детей с синдромом Дауна могут учиться в обычной школе.

Полностью вылечить таких детей нельзя, но облегчить жизнь им самим, их родителям и помочь адаптироваться в обществе — можно. Лильин хорошо знает — как. И, собственно, занимается этим всю жизнь.

К сожалению, в последние годы доктора Лильина все чаще можно увидеть не на приеме пациентов, а в чиновничьих кабинетах и даже в судах. И пишет он теперь все больше объяснительные, а не истории болезней. А в центр чуть ли не каждый день приходят проверяющие.

Все беды из-за того, что территория центра оказалась разделенной надвое монастырскими землями. Ситуация типична для постсоветской России. Давным-давно в Лукино был монастырь, на месте которого потом появился военный госпиталь, а еще позже — туберкулезный санаторий. Когда в Горки Ленинские по памятным местам вождя зачастили иностранцы, санаторий закрыли, а территорию отдали реабилитационному центру.

В 1992 году 32 гектара из 34, принадлежавших минздраву, получил монастырь. Ему же было передано двенадцать построек из четырнадцати. Две, а это и есть два корпуса центра, остались в подчинении нынешнего мин здравсоцразвития. Все документы оформили строго по закону. Причем и монастырь, и центр федеральную землю получили на правах бессрочного пользования. Стали, так сказать, равноправными соседями. И до поры до времени непонимания между ними не возникало. Но потом все пошло наперекосяк.

Не хочется вдаваться в детали жалоб куда только можно, включая депутатов, министров и даже президента, и выяснять, кто настоящий хозяин на оставшихся двух гектарах, а кто — временщик и должен уйти с заповедной территории. А также и то, что важнее — отрешение от мирских забот или помощь детям, которым простое движение руки дается с великим трудом? Не хочется спорить, в чем проявляются истинное милосердие и служение добру. На эти вопросы каждый отвечает себе сам.

Но вот без прояснения сугубо юридических вопросов в этой истории никак не обойтись. В частности, у Росимущества на сей счет есть совершенно четкий и однозначный ответ, который оно и дало «РГ»: «Центр «Детство» используется по назначению, нет оснований для его правомерного изъятия и передачи религиозной организации. Учитывая сложность размещения и монтажа медицинского оборудования, передача лечебного корпуса в собственность религиозной организации не представляется возможной. Росимущество предмета спора не видит».

А между тем предмет спора никуда не делся. Только лежит он не в имущественной плоскости, а в морально-этической. Монастырь признан памятником архитектуры и искусства областного значения. Раз так — вокруг него может быть охранная зона, где нельзя вести реконструкцию и строить новые объекты. Вот и попало одно здание, где, кстати, находятся поликлиника, психоневрологическое отделение и больничная школа, в эту самую зону. Сразу же затормозилась реконструкция корпуса и остановились все ремонтные работы. Хотя из федерального бюджета на них уже были выделены деньги и найден подрядчик. Начались судебные разбирательства.

Дошло до абсурда. К поликлинике от стационара ведет тропинка в семьдесят пять шагов. Но проходит она именно по территории монастыря. Калитку монастырь захлопнул! Теперь дети, родители и медики вынуждены обходить всю территорию монастырских угодий, чтобы попасть из одного корпуса в другой. В непогоду для колясочников и детишек, которым не под силу такие расстояния, приходится даже заказывать специальный транспорт.

Смотрите так же:  Шлиссельбург монастырь

Местные жители, которые, разумеется, в курсе всех этих проблем, разделились на два лагеря: одни, их большинство, — за центр, другие — за монастырь. Споры идут жаркие. Кое-кто из принципа даже перестал заходить в магазин, где торгуют снедью с монастырского подворья.

Официальный представитель Патриархии, куда «РГ» обратилась за комментариями, коротко ответил: «Учреждение должно выехать. И долг государства — сделать все для этого». Потом, правда, добавил: «Решить эту проблему можно было давно. Не доводя до таких последствий». С этим нельзя не согласиться. Но выезжать центру даже при всем его желании просто некуда.

Вот ответ, который редакция получила из минздравсоцразвития: «Реабилитационный центр не располагает свободными помещениями для переселения поликлиники и двух психоневрологических отделений из здания спального корпуса. Сегодня православными общинами создаются богадельни, больницы, приюты для больных или оставленных родителями детей. Именно это дает надежду, что нам удастся найти в этом споре приемлемое решение, в результате которого дети не окажутся пострадавшей стороной».

С прошлого года в российских школах идет эксперимент — преподается новый предмет «Основы религиозных культур и светской этики», где среди прочих есть курс «Основы православной культуры». Учебные заведения при больницах тоже должны будут выполнять требования стандарта и вести такие занятия.

Уроки в центре «Детство» идут как раз в том корпусе, куда ведет тропинка в семьдесят пять шагов. И рассказывать о православной культуре детям, перед носом которых монастырь закрыл калитку, учителям будет непросто.

Русская Православная Церковь

Официальный сайт Московского Патриархата

Предстоятель Русской Православной Церкви возглавит заседание Священного Синода на Валааме

Святейший Патриарх Кирилл посетит Коневский Рождество-Богородичный монастырь

Митрополит Иркутский и Ангарский Вадим сообщил Святейшему Патриарху Кириллу о мерах, предпринимаемых Иркутской митрополией в связи наводнением в регионе

Святейший Патриарх Кирилл выразил соболезнования в связи с гибелью моряков в Баренцевом море

Предстоятель Русской Православной Церкви выразил соболезнования в связи с гибелью людей в результате наводнения в Иркутской области

Святейший Патриарх Кирилл: Зрелость общества во многом определяется способностью помогать инвалидам

2 октября 2011 года, по окончании Божественной литургии в Свято-Троицком соборе Вознесенского Банченского монастыря, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл освятил дом детей-инвалидов при обители. Затем Святейший Владыка обратился к собравшимся со словом.

Я хотел бы сердечно поблагодарить Вас, Ваше Высокопреосвященство, владыка митрополит Онуфрий, отца Лонгина, Михаила Николаевича, главу администрации Черновицкой области, Дмитрия Васильевича Фирташа, Юрия Анатольевича Бойко и всех тех, чьими силами и средствами был создан этот замечательный дом для детей-инвалидов в ограде Свято-Вознесенской обители.

Дом прекрасен, если на него смотришь со стороны, и еще прекраснее, когда входишь вовнутрь. Но главной красотой этого дома являются дети-инвалиды. Инвалидность есть некое отклонение от нормы, которое мы воспринимаем как несчастье. Но никто не знает по-настоящему, что это такое. Никто не знает смысла несения детьми и взрослыми этого особого Божиего креста. Только Господь знает смысл того, что происходит. Для нас, людей физически здоровых, очевидно только, что инвалиды нуждаются в нашей помощи. Но очень большой вопрос, кто кому больше нужен — мы инвалидам или инвалиды нам? Потому что, взирая на ограниченность человеческих возможностей, не может оставаться безучастным даже самый черствый человек. Может быть, для того чтобы общество наше не теряло человеческого лица, Господь являет нам Свои раны — в лице людей, лишенных тех возможностей, которые имеем мы. Зрелость общества, уровень его нравственности во многом определяется способностью помогать инвалидам — поддерживать их с детства и до самой смерти. И я радуюсь всем сердцем, что здесь, в ограде святой обители, принят этот замечательный жребий, ниспосылаемый Самим Богом — заботиться о детях-инвалидах, кто так нужен роду человеческому, чтобы род человеческий не терял своего человеческого лица. Надеюсь, что в этих замечательных стенах дети будут воспитываться духовно здоровыми, эстетически возвышенными, потому что красота, которая нас окружает, формирует и наш внутренний мир.

Не должно быть безобразия там, где дети. Конечно, это относится не только к дому для детей-инвалидов. Это относится и к нашим домам, к нашим квартирам, к нашим приусадебным участкам— к тому, как мы поддерживаем или разрушаем эту Божию красоту. От внешней красоты зависит и внутреннее состояние человека — неслучайно так замечательно сказал Достоевский: «Красота спасет мир». Дай Бог, чтобы рука об руку с Церковью украинское государство созидало это красоту — внешнюю красоту человеческой жизни.

Я хотел бы призвать благословение Божие на всех тех, кто потрудился в созидании и поддержании этого дома. Особенно хотел бы поблагодарить отца Лонгина и выразить ему свою признательность, а также пожелать успехов в воспитании тех молодых и светлых душ, которые Господь вручил ему и братии святой обители. Храни вас всех Господь.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

Крестовоздвиженский Иерусалимский монастырь в центре скандала: монастырь якобы выгоняет на улицу реабилитационный центр для детей-инвалидов «Детство». Что же там происходит?

Крестовоздвиженский женский монастырь в центре скандала: в СМИ появилась информация, якобы монастырь выгоняет на улицу реабилитационный центр для детей-инвалидов «Детство». В XIX веке история этого монастыря была тесно связана со служением милосердия. Сначала была богадельня для лиц женского пола. Со временем, после того, как помещица Головина передала в дар ей свое имение с церковью Воздвижения Креста Господня, богадельня и община при ней были преобразованы в женский монастырь. Он имел множество земель, выращивал лекарственные травы, которыми снабжал весь Подольский уезд. Была маленькая больница, где делались несложные операции, школа, где сельские девочки обучались грамоте и получали младшее медицинское образование. Что же сейчас происходит там с милосердием?

Реконструкция или строительство

Дело в том, что в советское время на территории монастыря находился санаторий. В 1992 году Министерство здравоохранения РФ передало комплекс зданий монастырю, оставив санаторию только 2 здания, построенные с советскую эпоху. Одно из них находится за пределами исторической территории монастыря (корпус №1) , второе в охранной зоне монастырского аритектурного ансамбля (корпус №6) — то есть за пределами монастырских стен, но в непосредственной от них близости. Позже санаторий был преобразован в реабилитационный центр «Детство» для детей, страдающих аутизмом, умственной отсталостью и ДЦП. За прошедшие двадцать лет центр превратился в одно из ведущих лечебных заведений в своей области. В корпусе №1 разместился сам реабилитационный центр, а в корпус №6 в 2006 году была из Москвы переведена поликлиника.

В течение некоторого время соседи жили «мирно». В начале двухтысячных, реабелитационный центр даже посетил Патриарх Алексий II. Проблемы, как уверяет заместитель главного врача Юрий Федянин, начались где-то в 2005-ом, когда монахини, под предлогом ремонта монастырских стен и башен перекрыли калитку, ведущую к одному из двух медицинских корпусов, принадлежащих детскому центру. Охранная зона монастыря — охватывающая периметр вокруг кирпичных стен и небольшой парк — еще к началу 2000-х была окружена железным забором, для детей в этом заборе была устроена калитка. В 2007 году руководство центра выступило с инициативой по реконструкции шестого корпуса, оно предложило добавить к поликлинике новые строения, чтобы разместить тут специализированные процедурные кабинеты, бассейн, палаты стационара. Центру необходимы новые площади: «Чем ранее будет оказана помощь детям с нашими заболеваниями, тем лучше, — говорит Юрий Федянин. — На сегодняшний день очередь, которую должны выждать пациенты, после того как они пройдут диагностику, достигает трех лет! Дети поступают со всей страны, а центр располагает только 250-ю койками, Реконструкция и строительство новых помещений позволили бы сократить эти сроки».

Смотрите так же:  Псковский монастырь паломничество

Вокруг здания поликлиники и разразилась борьба между монастырем и центром. Монастырь скептически оценил планы руководства детского центра, предъявив собственные права на здание. С 2008 года по решению Министерства культуры Московской Области, как объясняют сотрудники центра, монастырь официально распоряжается землей оказавшейся внутри охоранной зоны. «Соседство с центром изначально не было мирным, — признается игуменья Екатерина. — Санаторий, постепенно передавая исторические здания монастырю, превращал их в непригодные для жизни строения: без окон, без дверей, без крыши, без полов – все ломалось и выносилось, ничего монастырю не оставлялось. Все коммуникации (отопление, электричество, водопровод и канализацию) монастырь получал от санатория, который позже стал реабилитационнным центром. Сестрам приходилось немало терпеть – в зимний период их отключали от отопления, приходилось устраивать буржуйки, отключали электричество, приходилось жить и совершать богослужения при свечах. Летом монастырь оставляли без воды, приходилось арендовывать квасные бочки и в них привозить в монастырь воду».
«Они пытаются говорить, что монастырь запрещает реконструкцию и ремонт, — поясняет суть претензий игуменья Екатерина, наместница монастыря — но мы не можем запретить реконструкцию или ремонт». По закону в охранной зоне, окружающей архитектурный памятник, строительство запрещено, а любая реконструкция возможна лишь при условии сохранения прежних габаритов постройки. «Центр имеет право на содержание, обслуживание и ремонт, строительство закон запрещает. Для этого нужно разрешение, утвержденный проект, согласованный всеми заинтересованными службами. Мы говорим о том, что недопустимо за счет монастыря строить что-либо» — подчеркивает игуменья. Кроме того, спорный корпус предполагалось вынести за территорию изначально, утверждает она, еще в 1993 году санаторию было выделено 6 га для строительства лечебных и вспомогательных подразделений рядом с корпусом №1. Центр добровольно отказался от этой земли в пользу своих сотрудников и сейчас там стоят их коттеджи. «На той земле можно было построить любой медицинский корпус и даже комплекс», — считает матушка Екатерина.

«Монастырь требует передать корпус ему, потому что он оказался фактически заперт на их территории. — Сотрудники Центра резюмируют суть претензий монастырского начальства. — Но даже если бы мы захотели передать корпус монастырю мы не смогли бы этого сделать — объясняют они. — Мы, как и монастырь являемся только пользователями земли и не можем ее никому передать, этот вопрос находится в компетенции государства. Если нам будут выделены деньги и земля под строительство нового корпуса — мы с удовольствием съедем, об этом мы неоднократно говорили и монастырю, но они не согласны ни на какие переговоры, предъявляя свои претензии в ультимативной форме. У центра нет средств на строительство, и мы не можем для этого использовать деньги, выделенные на реконструкцию, так как с точки зрения закона это будет нецелевое использование средств. Монастырское руководство обращается в Росимущество, чтобы мы отдали корпус, но если мы его отдадим, то куда мы выведем медицинские подразделения находящиеся там?»

Тайная опека
В монастыре есть богадельня, в которой живет 8 бабушек. На каникулы сюда приезжают дети из православного детского дома в селе Успенское Ногинского района. Работает воскресная школа, при московском подворье действует детский центр «Купель» . Сейчас на московском подворье готовятся помещения для женского общежития социального факультета ПСТГУ. Для многих родителей важно то, что центр соседствует с монастырем. Игуменья Екатерина вспоминает слова одной из мамочек: «Я приехала сюда только потому, что узнала, что рядом находится православный храм». Близость храма вызвала у нее доверие к этому медицинскому центру.

На Рождество, Пасху, Троицу, Вербное Воскресенье, День Победы монастырь устраивает праздники, на которые приглашает всех желающих, в том числе и детей, находящихся в реабилитационном центре. «Мы готовим столько подарков, чтобы хватило всем: и большим, и маленьким, — рассказывает об этих праздниках настоятельница Иерусалимского Крестовоздвиженского ставропигиального женского монастыря игуменья Екатерина. — Это подарки не дорогие, но от сердца, в их подготовке участвует и наша воскресная школа. Стараемся всех утешить и подарить что-то. Бывает на праздники приходят подростки 15-16 лет, они чувствуют себя взрослыми, но включаясь в нашу игру, говорят: «А нам можно выступить? А нам подарки будут?» Они заражаются этим духом праздника. А иногда бабушки спрашивают: «А нам-то можно?» Кто-то вспомнит стихотворение, кто-то романс споет…»

Если на праздниках царят тепло и радость, то нельзя сказать, что с центром «Детство» у монастыря складываются теплые отношения. «Сейчас мы вынуждены тайком опекать этих детей, только потому, что директор центра препятствует этому, — говорит игуменья Екатерина. — Там есть тяжелые, лежачие дети, которые нуждаются в том, чтобы мы приходили, родители этого хотят и просят, но руководство нам отказывает. Мы пытались сделать все, чтобы уладить эти отношения, но пока у нас ничего не получилось. Только иногда батюшке удается прийти, чтобы исповедовать, причастить, пособоровать этих детей. Нуждающийся человек имеет право получать помощь от тех, кто может эту помощь дать. Руководство центра может обеспечить медицинскую составляющую. А мы можем дать духовную помощь».

Некуда идти
Летом часть родителей запустили в интернет открытое письмо адресованное «государственной власти, общественным организациям, и коммерческим структурам». «Спасите будущее России» — такими словами начинается их послание, призывющее защитить детский центр и его корпус от посягательства монастыря. Те из родителей, с которыми нам удалось пообщаться, сообщили, что хотя и слышат последнее время о конфликте с монастырем, никакого письма не подписывали. Более того, большинство мам, проживающих в центре вместе с детьми — в большей или меньшей степени — люди церковные. «А как может быть иначе, ведь наши дети больны,» — в частном порядке замечают они.

«Мы всячески стараемся помогать этим детям и родителям, чтобы их жизнь стала радостней», — говорит игуменья. Она вспоминает встречу с мамой 3-летнего малыша, который был в очень тяжелом состоянии, не мог сам ни перевернуться, ни поесть – только с помощью мамы. Это произошло из-за того что на 6,5 месяцах беременности она попала в автоаварию и ребенок родился раньше срока. Эта молодая женщина (ей тогда было 20 лет) не отказалась от ребенка и вкладывает в него все свои силы.

И вот выбив с трудом путевку для своего больного ребенка и приехав в центр, она узнала, что бесплатным является пребывание в центре только ребенка, родители должны платить за место. Всего 200 рублей за сутки, но у нее не было таких денег. И как же она оставит своего малыша, который без нее ничего не может сделать? И где взять деньги?

Когда на дорожке монастыря настоятельнице встретилась эта женщина, было видно, что она в отчаянии и неадекватном состоянии. «Я ее спросила, могу ли я ей чем-то помочь, — рассказывает игуменья Екатерина. Она сказала, что хочет поговорить со священником. Так получилось, что в тот момент не было ни одного священника, и я предложила ей рассказать о ее ситуации мне – если хоть кто-то выслушает, уже будет легче. Она действительно была в отчаянии, и уже была готова совершить самоубийство, она и в монастырь пришла без особой надежды, потому что является мусульманкой. Я ей дала необходимую сумму. Она была очень удивлена этим. Потом они еще несколько раз приезжала в центр, и она каждый раз заходила в монастырь: рассказать об успехах, попросить помощи. Просто потому, что ей больше некуда идти».

Дмитрий РЕБРОВ, Ирина РЕДЬКО