Меню

Как церковь относится к свидетелям иеговы

Архангельская епархия

«Свидетели Иеговы»: почему их запретили?

В апреле 2019 года Верховный суд РФ признал «Управленческий центр свидетелей Иеговы в России» экстремистской организацией и постановил закрыть все ее филиалы. Представители секты назвали это решение гонениями на «свободу совести». Либеральная общественность и вовсе заявила о начале репрессий над инакомыслящими, проведя параллели с фашистской Германией. О реальной подоплеке судебного процесса и угрозах, которые представляет вероучение «Свидетелей Иеговы», «Вестнику Архангельской митрополии» рассказывает бывший член этой организации, а сейчас — сотрудник православного апологетического центра «Ставрос» (Санкт-Петербург) Артем Григорян.

Не любят не только в России

— Прежде всего нужно понимать, что к «Свидетелям Иеговы» относятся негативно не только в России и не только православные. На Западе, в США, в Германии, давно существуют антикультовые движения, направленные в том числе на борьбу и с этой организацией. Все основные аргументы, все материалы, фильмы, интервью появились не в России и создавались не православными авторами. Борьба началась там, где появились сами «Свидетели» — в США.

— На Западе об этом много говорят. Я не раз читал статьи респектабельных газет, посвященные «Свидетелям Иеговы», и они были достаточно критичны…

— Основная проблема заключается в том, что «Свидетели Иеговы» не представляют из себя на сто процентов «черное пятно». Во многих проявлениях это безобидная организация, которая воспитывает в своих членах много положительных качеств. Например, их учат быть хорошими супругами, добрыми родителями, послушными детьми. Они активно проповедуют здоровый образ жизни; они никогда не прибегают к насилию; они не будут участвовать в каких-то военных конфликтах, устраивать теракты и так далее; они исправно платят налоги. И когда мы начинаем говорить об отрицательных аспектах их деятельности, оказывается, что они не так очевидны. За образом законопослушной, «хорошей» религиозной организации не всегда можно разглядеть деструктивные черты. Я считаю, что нужно быть максимально объективными и говорить, что в этой бочке меда есть немалая доля дегтя.

Смерть за кровь

О чем речь? Есть совершенно очевидная вещь, которая связана с угрозой для жизни всех членов этой секты, в том числе несовершеннолетних. Это, конечно, отказ от переливания крови.

— Иногда иеговисты утверждают, что это не обязательное требование, каждый для себя решает сам.

— В действительности это миссионерская уловка. Переливать кровь или нет — это не вопрос личного выбора, не «вопрос совести» (есть у них такое понятие, когда речь идет об использовании мелких фракций крови, например, альбумина). В случае с использованием цельной крови или четырех ее основных компонентов, свидетеля Иеговы исключат из организации, если он даст согласие на переливание.

Этот запрет выводится из библейской заповеди, запрещающей употреблять кровь в пищу, и рассматривается в одном ряду с таким смертным грехом, как убийство.

Самоубийством отказ от переливания крови иеговисты не считают, требуя, чтобы к ним применяли другие хирургические методы, использовали кровезаменители — синтезированные препараты, которые в некоторых случаях могут заменить кровь. В случае с плановыми операциями, когда есть время для подготовки, их можно использовать. Но если операция экстренная, если речь идет, например, об ожогах, все становится намного сложнее.

— То есть ссылки Свидетелей Иеговы на то, что переливание крови — устаревший метод, от которого весь мир уже отказывается, некорректны?

— Да, это, во-первых, манипуляция цитатами, во-вторых, выдача желаемого за действительное. Конечно, эта область в медицине развивается и, может быть, в будущем будут изобретены такие препараты, которые позволят исключить переливание крови. Но пока об этом говорить не приходится, и периодически случаются трагедии.

В августе 2013 года от ожогов умерла 21-летняя Маша, «свидетельница Иеговы», родом из Ростовской области. Она отказывалась от переливания, требовала, чтобы использовались заменители крови, и через несколько месяцев борьбы умерла. В 2010 году был случай в Санкт-Петербурге — тоже молодой человек, у него диагностировали рак крови. Мы не знаем, возможно, он умер бы в любом случае, но переливание позволило бы ему прожить дольше. Умирали и несовершеннолетние дети.

— То есть можно прямо утверждать, что из-за вероучения «Свидетелей Иеговы» в России погибли как взрослые, так и дети?

— Да, это не выдумка. Еще одно проявление деструктивного начала — это разрушение семей, практика лишения общения. Речь идет о тех членах организации, которые решили выйти из нее (например, будучи вовлечены в секту несовершеннолетними и повзрослев). По правилам секты их близкие больше не могут с ними общаться, за исключением каких-то экстренных случаев. Просто позвонить родной матери становится невозможно.

Здесь никакой статистики нет, но я знаю огромное количество бывших свидетелей Иеговы, которые потеряли близких и друзей. Ведь если человек годами находился в организации, все его прежние контакты обрываются. И когда он выходит из нее, то остается один. Ко мне не раз обращались молодые люди с жуткими депрессиями, с неврозами, злоупотребляющие алкоголем.

Тем, кто считает, что мы эти проблемы выдумали, я советую просто пообщаться с такими людьми, почитать сообщения, которые я регулярно получаю в социальных сетях и которые невозможно читать без слез. Например, мать пишет, что ее новорожденный ребенок умер в результате ее отказа от переливания крови. Представляете, что с ней творилось? Сейчас она ушла из организации… И это реальность.

Экстремизм — широкое понятие

— То есть религиозный экстремизм в данном случае — это явное нарушение организацией прав человека?

— Несомненно, но не отказ от переливания крови и не запрет на общение стали юридическими основаниями для ликвидации организации. Это случилось, когда литературу «Свидетелей Иеговы» признали экстремистской на основе ряда экспертиз, которые проводились с 2008 года.

У нас слово «экстремизм» ошибочно ассоциируется только с терроризмом, но это более широкое понятие. В российском законодательстве экстремизмом считаются и разжигание религиозной розни, и резко негативные высказывания или оскорбительные комментарии в адрес других религиозных организаций. В литературе «Свидетелей Иеговы» на протяжении многих лет постоянно встречались уничижительные высказывания в адрес традиционных христианских церквей и священнослужителей. Для «Свидетелей Иеговы» Православная Церковь – это враг номер один. «Церковь сатаны» — так они ее называют. Свидетелю Иеговы запрещено переступать порог православного храма.

— Перейдем к Православию. Человеку, который выходит из неопротестантских сект или псевдохристианских культов, крайне сложно прийти в Православную Церковь, увидеть в ней Церковь апостольскую, библейскую. Как вы выбрали Православие?

— Я думаю, что поворотных моментов было два. Во-первых, после того, как я понял, что такое «Свидетели Иеговы», я не потерял интереса к христианству и Священному Писанию. Передо мной стоял вопрос: а как все-таки правильно? Хорошо, «Свидетели Иеговы» — имитация христианства, культ человека, который провозгласил себя «верным рабом» Чарльза Рассела*. Но что дальше?

И чем больше я пытался изучать Священное Писание самостоятельно, тем сильнее я убеждался, что смысл библейского текста не самоочевиден. Библия одна, но вариантов ее понимания множество. Это привело меня к мысли, что нужно искать подлинный смысл, что необходимо вернуться к истокам и понять, каким было христианство на пороге II века, сразу после апостолов.

Помню, как пошел и купил книгу «Писания мужей апостольских». Я стал читать эти древнейшие тексты с маркером в руках. Хронологически они как раз следуют за Новым Заветом. Естественно, я был поражен: прочитав их, я увидел те фундаментальные вещи, которых придерживаются традиционные христиане. Например, меня, как человека, который долгое время исповедовал антитринитаризм (отрицание Святой Троицы), поразило, что ранние христиане почитали Христа как Бога. Я увидел идею о бессмертии души, хотя «Свидетели Иеговы» и адвентисты утверждают, что это позднее учение; о загробном воздаянии, о церковных Таинствах…

От мужей апостольских я перешел к ранним апологетам — так началось мое увлечение раннехристианской литературой и изучение библеистики. Последнее также позволило глубже погрузиться в мир Священного Писания и понять, что Библия — это не автономный набор текстов, который чуть ли не упал с неба, а то, что передала, сформулировала Церковь. И когда это стало очевидно, я понял, что, если вы хотите серьезно относиться к Священному Писанию в том виде, в котором все его принимают, вы должны понять, что оно неразрывно связано с древней Церковью. Невозможно просто взять и вырвать его из контекста веры Церкви.

Все это привело меня к понимаю того, что Православие максимально аутентично сохранило христианскую веру.

Рекламный плакат «Свидетелей Иеговы»

Разрешено то, что не запрещено

— Одним из главных препятствий для человека, который приходит в Православную Церковь из другой среды, из секты, становится непонимание — как совместить все, что есть в Православии (иконы, мощи, крещение детей) с библейским текстом. На первый взгляд одно другому очень сильно противоречит.

— Это самый интересный момент – переход от парадигмы «только Писание» к парадигме древнего христианства. Основная проблема в том, что мы подходим к Священному Писанию, исходя из разных предпосылок. Предпосылка, которая была порождена Реформацией в XVI веке (по историческим меркам это новодел), следующая: практика рождается из теории. А парадигма древнего христианства подразумевает, что теория рождается из практики. Это два принципиально разных подхода к священному тексту. Протестантствующие исповедуют своего рода принцип минимализма: запрещено то, что не разрешено. А древняя христианская традиция, можно сказать, иная: разрешено то, что прямо не запрещено. Православные исходят из того, что первичен опыт Богопознания, Богообщения. Опыт первичен, первична практика. Мы крестим младенцев не потому, что в Библии есть конкретное упоминание такого крещения. Важнее другое: это не противоречит тому, что написано. Основная слабость —принципа «sola scriptura» лежит на поверхности, и протестанты этого не замечают.

— Обычно ссылаются на апостола Павла: «Все Писание богодухновенно» (2Тим. 3, 16).

— Да, но там говорится о Ветхом Завете. Если вы хотите быть последовательными, забудьте о Новом Завете и читайте только Ветхий. Когда апостол Павел написал эти слова, не было никакого Нового Завета. И когда протестанты спрашивают, где в Библии написано, что можно делать иконы и молиться перед ними, или что можно почитать святых, надо спросить: а где в Библии написано, что, если в ней чего-то не написано, то это автоматически неправильно? Этот принцип предлагают применять к Священному Писанию, но в самом Писании его нет. Если человек понимает этот важный момент, то многое в Православии становится ясным.

— Еще один важный аспект: протестантов часто подводит их же буквализм, в России они читают, например, Синодальный перевод и не смотрят ни подстрочник, ни греческий текст. Есть несколько примеров, когда неправильный перевод приводит к заблуждениям, а смысл оригинала, наоборот, говорит в пользу Православия…

— В сектах иная ситуация. Например, послание к Филиппийцам, вторая глава, шестой стих. Греческий текст дословно говорит о том, что Христос «не счел хищением» быть равным Богу. Так и в церковнославянском тексте, и в Синодальном переводе. А в переводе «Нового мира», переводе «Свидетелей Иеговы», говорится: «Не помышлял о посягательстве», — то есть не помышлял о том, чтобы быть равным Богу. Смысл противоположный. Достаточно открыть греческий текст, чтобы убедиться, что второй вариант ошибочный.

И таких примеров очень много. Конечно, Синодальный перевод сам страдает неточностью, и я неоднократно убеждался, что церковнославянский более точен. А для домашнего чтения я рекомендую использовать перевод епископа Кассиана (Безобразова). Очень точный, хороший перевод, выполненный с критического текста Нестле-Аланда.


Картина Яна Стыка «Апостол Петр проповедует в катакомбах»

Погрузить в другую среду

— К священникам часто обращаются люди, чьи близкие попали в секту. Никакие аргументы на них не действуют, сами они общаться со священниками не хотят. Как нужно себя вести в такой ситуации? Как рассказывать о Православии, чтобы не оттолкнуть еще больше? Как не навредить?

— На самом деле больше всего вредят именно близкие люди. Они боятся, переживают и из-за этого совершают очень серьезные ошибки. Начинают ругаться, давить, в результате теряется контакт, и тот член семьи, который попал в секту, закрывается от близких, вплоть до того, что начинает их ненавидеть и никакой помощи от них принимать не хочет. Потому первое: ни в коем случае нельзя проявлять агрессию, что-то запрещать, ограничивать свободу человека. Наоборот, нужно проявить максимум внимания, доброты и любви. Второе — вовремя обратиться к специалистам, пока человек еще готов что-то слышать. Это как в медицине — нельзя заниматься самолечением. А нам, как правило, звонят намного позднее.

Очень помогает погружение человека в другую среду, смена круга общения. Не надо думать, что получится просто в лоб, набором аргументов, изменить чью-то парадигму мышления. Чаще всего люди оказываются в сектах не потому, что их убедили какие-то глубокие красивые аргументы, а потому что они влюбились в это сообщество. Их привлекают прежде всего другие люди, а не религиозные идеи. Человеку нравится социум, он начинает смотреть на него сквозь розовые очки, его критическое восприятие притупляется, и вот он уже готов воспринимать новые идеи. Мы должны действовать в такой же последовательности. А попытки просто изложить аргументы не работают.

Иногда человека нужно лишь выслушать, понять, что привело его к поискам. Как правило — кризисные ситуации, проблемы в семье, сложности в отношениях с близкими. И это хорошая возможность для родственников. Прежде чем пытаться изменить убеждения человека, надо изменить ситуацию в доме. Близкие должны начать с себя.

А если говорить об интеллектуальной стороне, то для полемики с индоктринированным человеком нужна подготовка. Надо понимать логику аргументации той или иной секты или культа. Простой человек вряд ли к этому готов.

Важно обратить внимание сектанта на то, что его новое мировоззрение, его понимание Библии — это лишь одна из возможных трактовок. Сами сектанты искренне считают, что они ничего не трактуют, что Библия самоочевидна. В действительности любой священный текст, вообще любой текст, всегда требует истолкования, интерпретации. Но секты это отрицают, потому что в противном случае им придется защищать свою интерпретацию. В секте она всегда восходит к конкретному человеку – лидеру, создателю учения. У «Свидетелей Иеговы» это Чарльз Рассел, у мормонов – Джозеф Смит. И одно дело сказать «Библия учит, что…» и совсем другое – «Чарльз Рассел верил, что его понимание этого библейского текста соответствует…» Указав на этот факт, можно «запустить» у человека критическое мышление.

Смотрите так же:  Церковь г новоуральск

Беседовал Михаил Насонов

*Чарльз Тейз Ра?сселл (англ. Charles Taze Russell; 1852–1916гг.) – американский религиозный деятель, один из основателей религиозного движения Исследователей Библии («Свидетелей Иеговы»), секретарь и главный бухгалтер, а с 1884 года президент Общества Сионской сторожевой башни.

Материал из журнала «Вестник Архангельской митрополии» №4, 2019 год

Как свидетельствовать «Свидетелям Иеговы»

По словам проф. А.Л.Дворкина, «иеговисты — самая многочисленная и самая быстрорастущая тоталитар­ная секта. И именно с ней любому священнику или катехизатору, вероят­нее всего, придется столкнуться в первую очередь. Так что каждый из вас должен знать, что им ответить и как им возра­зить по всем основным пунктам их лжеучения. От вашего от­вета и от вашего знания Писания зависит, сможете ли вы от­стоять для Церкви многих ее чад»

1. Что удерживает людей в секте «Свидетелей Иеговы» (СИ)?

Существует множество историй о тех, кто много лет своей жизни провел в организации СИ.

Некоторым из них, для окончательного ухода потребовалось много времени. Причинами были страх, чувство вины и незащищенности: страх перед Богом, что он накажет их за то, что они отринули Его (так как уход из организации приравнивается к отказу от Бога), чувство вины за наличие мыслей об уходе, и незащищенность, возникающая при мысли о жизни без «матери»-организации. Останавливает также и чувство вины перед братьями и сёстрами (т.е. близкими друзьями из числа адептов СИ), чьё мнение и дружба очень дороги.

Адепты СИ изолируются с самого начала тем, что им говорят, что «Свидетели Иеговы» — единственная настоящая Божья организация, и что за стенами их предостерегает дьявол, чтобы увести их от организации. Им не рекомендуется читать другую религиозную литературу или суждения на Библейские темы, а также тексты, критикующие Свидетелей Иеговы. Эти виды изоляции эффективно уводят от обладания ясным чувством реальности. Это их «версия» мира, в рамках которой они предлагают безопасность для мышления, а всех других людей рассматривают как потенциальную опасность.

Стоит ли удивляться тому, что Свидетели Иеговы не могут решиться уйти из организации…

Члены семьи, состоящие в организации Свидетелей Иеговы — тоже мощный фактор. Для большинства Свидетелей, их семьи и их друзья (с которыми они встречаются на собраниях) — единственное общество. Если один уходит из веры, семья обычно также избегает его. Для тех из нас, кто любит своих родителей и братьев и сестер и их детей, мысль о том, что больше не будет возможности увидеть их или поговорить с ними, слишком болезненна. Но это обычно то, с чем сталкиваются Свидетели Иеговы, покидая организацию Свидетелей Иеговы. Это необходимо обязательно учитывать.

2. Возможные причины выхода из СИ

Свидетели Иеговы могут признать возможность того, что их организация ошибается по двум причинам:

(1) они лишились иллюзий относительно организации, или людей, которые вовлечены в нее, и
(2) они стали более самоуверенны и самостоятельны, и больше не бояться придерживаться ответов Сторожевой Башни.

Большинство из тех, кто покинул СИ, сделали это по первой причине (лишившись иллюзий). «Божественная организация» в таком случае становится человеческой организацией. Человеческие поступки, контроль разума и манипулирование становятся очевидными. Однажды потеряв идеализм, его замещают чем-то вроде цинизма или поисками чего-то лучшего. Свидетель начинает рассказывать о разочаровании в своих иллюзий другим, хотя это опасно, так как их могут назвать «изменниками». Часто их критицизм ограничивается несколькими людьми, даже, вероятно, теми, кто находится за пределами СИ. Однако, к сожалению, многие из них останутся со СИ, даже, если будут знать многое из того, что она заблуждается, просто потому что они боятся заново испытать или столкнуться с неуверенностью в поисках чего-то большего.

Совсем немного Свидетелей попадают во вторую категорию, хотя (уже не боясь вопросов), СИ уже не уделяют им столько внимания. Потому что на них очень сложно повлиять в первую очередь страхом или чувством вины за имеющиеся сомнения, но чувствуют себя достаточно уверенно, ими движет надежда, на нечто лучшее, по сравнению с тем, что предлагают СИ, и вера в Господа, который может быть больше, чем Иегова Сторожевой Башни. Часто они приходят к этому заключению просто пристально вглядываясь в Христа и видя в этом что-то большее, чем то, что говорят о Нем СИ.

Многие пытаются предложить «Свидетелям» свое понимание и почитание Господа Иисуса Христа, и далее примирить Библию со Свидетелями. Это почти никогда не давало хорошего эффекта, так как им нужно ВИДЕТЬ И ЧУВСТВОВАТЬ нечто лучшее. Им нужно видеть вашу готовность их понять, и ваше желание быть дружественными независимо от того, во что они верят. Другими словами, они должны ВИДЕТЬ любовь Христову, а не только слышать о ней.

3. Подготовка к аргументированной полемике

Образование

Для ведения эффективной антисектантской деятельности необходима основательная подготовка в части получения знаний в области богословия, сектоведения, знания текстов и толкования Свщ.Писания. Для приобщения сектанта к Церковной Полноте необходимо и самому быть причастным к церковной жизни.

«Когда не можем убедить самих себя, как мы убедим других? Как же может исправить других тот, кто не умеет управлять своею душою?» (свт. Иоанн Златоуст).

Значение молитвы

Необходимо начинать молиться за собеседника раньше, чем вы начнете ему что-то говорить. Важно молиться и о том, чтобы Господь вразумил, нужно ли вам что-то сказать в данный момент, и как это сделать.

В Утреннем молитвенном правиле мы находим следующие слова молитв против ересей и об обращении сектантов к Святой Церкви:

«Помяни, Господи Иисусе Христе, Боже наш… Церковь Твою Святую, Соборную и Апостольскую, Юже снабдел еси честною Твоею Кровию, и утверди, и укрепи, и разшири, умножи, умири, и непреобориму адовыми враты во веки сохрани; раздирание Церквей утиши, шатания языческая угаси, и ересей восстание скоро разори и искорени, и в ничтоже силою Святаго Твоего Духа обрати… Отступившия от православныя веры и погибельными ересьми ослепленныя, светом Твоего познания просвети и Святей Твоей Апостольской Соборней Церкви причти».

Личное отношение к адептам сект и культов

Отвергая ошибочные с точки зрения православного вероучения взгляды, православные христиане призваны с христианской любовью относиться к людям, их исповедующим.

По учению свт. Иоанна Златоустого, «еретические учения, несогласные с принятыми нами, должно проклинать и нечестивые догматы обличать, но людей нужно всячески щадить и молиться об их спасении».

Говорить с сектантами можно только в мирном состоянии духа. Без любви к собеседнику лучше вообще не общаться: «Твердый в вере, если будет говорить и состязаться с еретиками или неверными, никогда не смутится, потому что имеет внутри себя Иисуса, Начальника мира и тишины. И такой, после мирного состязания, может с любовью привести многих еретиков и неверных в познание Спасителя» (свв. Варсонофий и Иоанн).

Необходимо избегать использования в речи экспрессивных выражений и напористого тона. С сектантами полезнее общаться «кротко и мирно» (77-й канон Карфагенского собора).

«Святите Христа как Господа в сердцах ваших, готовые всегда к ответу каждому, кто требует у вас отчета в вашей надежде; но делайте это с кротостью и страхом, имея добрую совесть, чтобы в том, за что вас злословят, посрамлены были поносящие ваше доброе поведение во Христе» (1 Пет. 3:15-16).

По отношению к адептам сект недопустимы оскорбления, повышение на них голоса и угрозы.

«Если исправляя ближнего, движешься на гнев, то исполняешь свою страсть. Таким образом, не спасая других, причиняешь вред и себе» (преп. Макарий Великий).

«В случае необходимости надо исповеднически, мужественно отстаивать свою веру, не оскорбляя, не унижая при этом других людей. Надо стараться со всеми быть ровным, доброжелательным, кротким и смиренным, потому что всякий человек, каким бы он ни был, если он призван Богом к бытию, есть носитель образа Божия, перед которым мы должны благоговеть» (Доклад Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II на Епархиальном собрании г. Москвы 15 декабря 2001 г.).

«Словопрение — самое слабое оружие против еретиков, оружие более вредное, нежели полезное. Оно делается таким сообразно свойству душевного недуга — ереси. Гордая ересь не терпит обличений, не терпит побеждения. От обличений она ожесточается; от побеждений приходит в неистовство. Это доказали бесчисленные опыты. Побеждается ересь кротким увещанием; еще удобнее — молчаливым приветствием, смирением, любовию, терпением и долготерпением, молитвою прилежною, исполненною соболезнованием о ближнем и милосердием к нему. Ересь не может быть побеждена человеком, потому что она изобретение, начинание демонское. Победителем ее может быть един Бог, призванный к борьбе с нею и к поражению ее смирением человека пред Богом и любовию этого человека к ближнему. Желающий успешно сражаться против ереси должен быть вполне чужд тщеславия и вражды к ближнему, чтоб не выразить их какою насмешкою, каким колким или жестким словом, каким-либо словом блестящим, могущим отозваться в гордой душе еретика и возмутить в ней страсть ее. Помазуй струп и язву ближнего, как бы цельным елеем, единственно словами любви и смирения, да призрит милосердый Господь на любовь твою и на смирение твое, да возвестятся они сердцу ближнего твоего и да даруется тебе великий Божий дар — спасение ближнего твоего. Гордость, дерзость, упорство, восторженность еретика имеют только вид энергии, в сущности они — немощь, нуждающаяся в благоразумном соболезновании. Эта немощь только умножается и свирепеет, когда против нее действуют безрассудною ревностию, выражающеюся жестким обличением» (Свт. Игнатий (Брянчанинов). Понятие о ереси и расколе).

Определение целей и мотивов общения с адептами сект

В ряде случаев вступление в полемику с сектантом имеет целью лишь доказательство ошибочности его взглядов.

Однако, по сравнению с полемикой, «более продуктивный путь борьбы с сектами, ересями и расколами — полнее раскрывать сокровища Православия… Необходимо увидеть и показать другим живущую в нем Божественную Истину, открыть людям красоту и благоухание святости… Это самый надежный путь возвращения в лоно Церкви всех заблуждающихся» (Доклад Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II на Епархиальном собрании г. Москвы 15 декабря 2001 г.)

Следует помнить, что природа православного благовествования заключается не в протесте, отрицании, несогласии, а, прежде всего, в утверждении положительного учения Церкви.

Задачей общения с сектантами может быть стремление объяснить самосознание Православной Церкви, основы ее вероучения, канонического строя и духовной традиции, рассеять недоумения и существующие стереотипы.

Многие люди, обращавшиеся в Православие из сект, удивлялись, когда понимали, что Православие — это не свод обрядов, а жизнь согласно законам Божиим, это живая вера. Здесь Библия не закрытая книга, а жизнь Церкви, что именно Православие является ее кристальным отражением.

Поэтому истинной целью должно стать не столько стремление изобличить и опровергнуть сектантское вероучение, сколько стремление привести члена секты в Полноту Православия. Отлучая от общения своего члена, запечатленного ею в день его Крещения, Церковь надеется на его возвращение (Основные принципы отношения РПЦ к инославию, 1.11).

Здесь очень важно помнить слова свт. Григория Богослова: «Мы домогаемся не победы, а возвращения братьев, разлука с которыми терзает нас».

Об этом же увещает нас и ап. Павел: «Рабу же Господа не должно ссориться, но быть приветливым ко всем, учительным, незлобивым, с кротостью наставлять противников, не даст ли им Бог покаяния к познанию истины, чтобы они освободились от сети диавола, который уловил их в свою волю» (2Тим.2:24-26).

Подобный подход не имеет ничего общего с беспринципностью и изменой Православной вере. Ведь «истинная веротерпимость… дает место близ нее и другим верам не потому, что считает их равночестными и спасительными, а по снисхождению к немощам заблуждающихся. Она не теснит, не гонит, не преследует; но… не упускает случая с любовью указывать заблуждение и предлагать свободному убеждению и совести выбор лучшего» (свт.Феофан Затворник)

4. Как говорить со «Свидетелем Иеговы»[1]

Ниже приведены некоторые опробованные и испытанные приемы успешного поведения со Свидетелями Иеговы:

    НЕ следует принимать в штыки их доктрину, настаивая на том, чтобы они верили в Св.Троицу, ад, и т.д. Лучше будет обсудить эти вопросы, когда это не будет так пугать их.

«Кто прежде надлежащего времени предлагает людям высокое учение, тот и в свое время не найдет их способными следовать ему, навсегда делав их бесполезными» (свт. Иоанн Златоуст).

В общении стоит держаться подальше от основной доктрины. Если они зададут вопрос, касающейся доктрины, имейте наготове ответ, который НЕ ЗАСТАВИТ ПЕРЕЙТИ ИХ К ОБОРОНЕ, и далее держитесь в беседе подальше от критических вопросов. Цель заключается в том, чтобы заставить их думать и САМИМ пересмотреть решения сложных вопросов, а не руководствоваться тем, что заложила им в головы «Сторожевая Башня». Чтобы сделать это вы должны задавать вопросы, на которые они не «запрограммированы» отвечать. Такие вопросы подталкивают их задуматься о том, почему они присоединились к СИ.

НЕ стоит говорить им, что Вы будете молиться за них или что вам больно за них, или, что у них «промыты мозги» или что они глупы. У «Свидетелей» обычно сильное «я», они быстро обижаются, когда их осуждают. Вместо этого, скажите, что вас интересует организация СИ, и спросите, как они пришли к этой вере, и что они подумают, если вы зададите им некоторые вопросы о СИ. Шутливая или вопросительная интонация обычно не переживается Свидетелями как угроза, а отрицательная, осуждающая интонация заставит их постараться избавиться от вас.

ПОДТАЛКИВАЙТЕ его к тому, чтобы он занялся нормальными вещами, такими как разговоры на прогулке. Чем больше они встречаются с не-культистами, тем им будет лучше.

ПРОЯВЛЯЙТЕ интерес к ним, к тому, что привлекло их в Сторожевую Башню, и что им больше всего нравится в ней. Это даст вам ключ к их первичным эмоциональным факторам, и она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО начнут вглядываться в жизнь. Обращайтесь к этому проявлению! Предлагайте им что-либо, что по сути полнее и выше того, что они имеют.

Смотрите так же:  Церковь гусиноозерск

ПРОЧИТАЙТЕ о том, как работают культы в аспекте контроля разума.

ПОКАЖИТЕ им видео бывших членов других культов, которые столкнулись с таким же осуждением.

Дайте ему почувствовать себя любимым и желанным, независимо от его представлений. Покажите христианскую любовь в вашем отношении и в ваших действиях.

Свидетелей Иеговы учат давать готовые ответы на самые распространенные доводы, которые христиане приводят против их лжеучений. Следовательно, какой бы путь вы не избрали в своей беседе, главное — не позволять им прибегать к готовым ответам и формулировкам.

5. Какое время можно уделить общению с адептом секты

Сколько раз стоит встречаться и полемизировать с представителями сект зависит, в первую очередь, от их желания: «Тому, кто не внимает словам твоим, не говори их» (преп.Антоний Великий).

Второй фактор — оценка возможности изменения взглядов сектанта. Если человек настаивает на своей точке зрения, необходимо по совету ап. Павла прекратить с ним общение уже после второй встречи (Тит. 3:10). Иначе общение с ним будет способствовать еще большему ожесточению и поиску новых аргументов против доводов православного миссионера:

«Еретикам только два опыта вразумления указывается, чтобы усиленным давлением не углубить их упорства в инакомыслящем и не подать повода научиться изворотливости в отстаивании своей лжи» (свт.Феофан Затворник)

По слову свт. Иоанна Златоустого «споров с неисправимыми еретиками нужно избегать». При этом важно учитывать и позицию преп. Иоанна Лествичника, согласно которой «еретиков, которые охотно спорят с нами, после первого и второго увещания должны мы оставлять; напротив того, желающим научиться истине не поленимся благодетельствовать в этом до конца нашей жизни».

5. Составление апологетических текстов

При составлении брошюр и статей, направленных против сект необходимо остерегаться следующих ошибок, способных привести к обратному результату:

полемически бесполезные высказывания и обвинений;

использование необоснованных утверждений, непроверенной информации или даже явных ошибок в аргументации;

приписывание секте несуществующих доктрин;

вместо указаний на реальные проступки организации по отношению к своим верующим, так и к обществу в целом, указание на факты ничего, по большей части, не подтверждающие;

агрессивный тон и вообще излишне эмоциональный фон.

Необходимо избегать открытых ссылок на бывших СИ. Так как это сделает всю публикацию «отступнической», т.е. запретной для чтения.

В качестве аргументов лучше использовать исключительно библейские доводы, т.к. при аргументации бесполезно ссылаться на святоотеческие источники и православное Предание (их СИ полностью отвергают).

Не всегда полезно затрагивать внутренние проблемы организации СИ, пусть даже факты будут достоверными. Это тоже может вызвать подозрения, что литература «отступническая», т.е. написана бывшими СИ.

Следует признать весьма эффективным использование «стиля» изданий СИ при составлении апологетических текстов. Это позволяет адептом этой секты без отторжения воспринимать излагаемый материал.

Например, в работе Р. А. Смородинова «Вопросы Свидетелям Иеговы» (Библиотека Руслана Хазарзара) весьма последовательно используются распространенные в иеговистской литературе приемы: почти на каждой странице здесь можно встретить обращение к читателю «Не думаете ли вы…» или «не кажется ли вам, что…». Указанный автор свой подход выразил таким образом: «в изданиях СИ принято в конце каждой главы выделять основные вопросы для того, чтобы Свидетели путем ответов на них проверили свои познания. Последую и я этому примеру, резюмировав основные вопросы…»[2].

Заключение

ПОМНИТЕ О ТЕРПЕНИИ.

Для того, чтобы подвести Свидетеля к открытым вопросам «Сторожевой Башне», могут потребоваться месяцы или годы. Только любовь к вашим родственникам и друзьям может сохранить и показать им любовь и свободу, которые лежат за кулисами СИ.

НЕ ОТЧАИВАЙТЕСЬ. Молитесь за вашего близкого, оказавшегося в секте. Пусть примером для вас будет святая праведная Моника, мать блаженного Августина, епископа Гиппонского. Этот православный святой, крупнейший богослов Запада, жил в V в. и до своего обращения в христианство в течение многих лет состоял в секте манихеев. Все эти годы мать не переставала за него молиться Богу, и молитва матери была услышана.

«Свидетелям Иеговы поиск истины не нужен»

Беседа с Артемом Григоряном, бывшим долгое время «свидетелем» Иеговы (+ВИДЕО)

В рамках сотрудничества с телеканалом «СПАС» портал Православие.Ru начинает публикацию ярких историй прихода к вере наших современников из различных заблуждений.

Священник Георгий Максимов: Здравствуйте. В эфире передача «Мой путь к Богу». Она о тех людях, чей путь в Православную Церковь был непростым и которым для того, чтобы стать православными, пришлось многое в своей жизни поменять, от многого отказаться, многое переосмыслить. О том, что движет такими людьми, что дает им силы, мы беседуем с нашими гостями.

Сегодня в студии сектовед из Санкт-Петербурга Артем Валерьевич Григорян. До своего обращения в Православие он провел много лет в такой организации, которую нередко причисляют к одной из опаснейших современных сект.

Артем Валерьевич, не могли бы вы рассказать, с чего всё началось? Выросли ли вы в верующей семье?

Артем Григорян: Безусловно, поиски некоей высшей истины в моем случае начались довольно рано, и можно сказать, что я рос в семье, которая всегда имела большой интерес к чему-то духовному. Наверняка, все помнят время разрушения Советского Союза, время крушения многих идей, ценностей. И в ту эпоху – начало 1990-х годов – было тотальное увлечение различными духовными практиками, люди пытались найти ответы на жгучие вопросы о своей жизни, пытались разобраться. И мои родители также были людьми ищущими, увлекались различными восточными практиками: кришнаизмом, рерихианством, какими-то магическими медитативными практиками – это очень модно тогда было. Но также, несмотря на эти свои увлечения, мои родители, как люди, выросшие в нашей культуре, всё равно считали себя православными христианами, и мы время от времени заходили в храм, молились, ставили свечки. Конечно, о сознательной духовной жизни речи не шло. Но мои детские воспоминания всегда связаны с каким-то внутренним поиском, хотя, наверное, это несколько необычно для детей. Например, я очень хорошо помню, как, когда мне было 6 лет, произошла катастрофа: я попал под «КАМАЗ», чудом остался жив. И эта трагедия в нашей семье очень обострила духовные поиски. Я помню, как, лежа в гипсе, на растяжках, я рассуждал о Боге, о смысле жизни, о причинах страданий, обсуждая это со своими родителями.

Такая атмосфера духовных исканий была у нас в семье, и родители пытались получить ответы на свои вопросы, но, к сожалению, в начале 1990-х Церковь во многих случаях еще не была способна дать людям то, что они там искали. И всё это привело к тому, что ответы были найдены в совсем другом месте. Это был 1996 год, когда мои родители после неудачной попытки воцерковления, связанной с близким знакомством с одним псевдостарцем, занимавшимся экзорцизмом, попали к свидетелям Иеговы – к улыбающимся людям, которые пришли и сказали, что они готовы уделять свое время, тратить свое внимание для того, чтобы дать ответы на их вопросы. Так, собственно говоря, началось наше близкое знакомство со свидетелями Иеговы, начался этот путь. Мне тогда было 11 лет.

Отец Георгий: Понятно, что привлекло прежде всего, – это то, что иногда называют «бомбардировка любовью»: когда к каждому вошедшему человеку обязательно кто-то подойдет, улыбнется, скажет: «Как я рад, что ты пришел»… А что потом? Что позволило укорениться в этой организации?

Они влюбляют в организацию. А вероучительная сторона – вторична и очень хорошо ложится на сознание человека, уже влюбленного в организацию

А. Григорян: Да, вы совершенно верно заметили. Человек может стать полноценным свидетелем Иеговы, только если он начнет посещать собрания и так называемые конгрессы – это очень большие мероприятия, которые собирают множество общин какого-то района. И свидетели Иеговы сами из своего миссионерского опыта знают, что если человек, с которым они изучают Библию, не придет на собрание, значит, он скорее всего не станет «свидетелем» и на него нет смысла особенно тратить время. Конгрессы производят просто невероятный эффект: человек видит огромный стадион, заполненный десятками тысяч улыбающихся красивых людей, опрятно одетых, абсолютную чистоту, упорядоченность, теплые отношения – поцелуи, любовь – это производит колоссальное впечатление. Я много размышлял над этим, пытаясь анализировать путь и моей семьи, и многих знакомых людей – как «свидетелей», так и тех, кто вышел. В основном это один и тот же сценарий: люди влюбляются в организацию, влюбляются в людей. И на самом деле вероучительная сторона – вторична. Она очень хорошо ложится на сознание человека, уже влюбленного в организацию. И когда человек влюбляется, его окружают действительно невероятным вниманием, невероятной заботой. Иногда могут даже помочь финансово, с работой. Человек влюбляется и уже потом полностью готов к восприятию различных идей. И здесь начинается очень тонкий процесс индоктринации – основанный на специальном пособии учебный курс, который представляет собой главное тематическое распределение Библии – естественно, со своей сугубо конфессиональной интерпретацией, местами весьма странной, натянутой, искусственной. Но это всё замечательно ложится, потому что человек уже влюблен.

Отец Георгий: Но такое повышенное внимание не может быть всё время столь же интенсивным, как и в самом начале, когда человек только приходит?

А. Григорян: Конечно. Потом степень градуса этого внимания ослабевает. Когда человек принимает «крещение», становится полноценным членом организации – он уже сам должен проявлять внимание, то есть он уже так научен проявлять эти чувства по отношению к новичкам. Таким образом, он уже становится частью этого огромного механизма.

Отец Георгий: Сколько времени вы провели у свидетелей Иеговы?

А. Григорян: Порядка 15 лет.

Отец Георгий: Серьезный срок. И эту организацию, ставшую, можно сказать, вашей новой семьей, в которой уже за такое время вы, конечно, обросли многими знакомыми, друзьями, где всё, казалось бы, уже привычно, знакомо, комфортно, вы покинули. Что подтолкнуло вас к тому, чтобы продолжить свой поиск? И не просто продолжить, но и обратить его туда, откуда вы хотя бы формально, но все-таки вышли? Потому что я знаю: у многих людей, которые оказались не только у свидетелей Иеговы, но и у протестантов, есть определенный комплекс. Хотя, как правило, с Православием их связывал лишь факт крещения и они практически ничего не знают о содержании православной веры, они убеждены: мы уже были православными, в храм ходили, куличи святили, поэтому Православие нам не интересно. Что в вашем случае помогло преодолеть это предубеждение?

А. Григорян: Это был очень долгий и болезненный путь. Он занял не один год. И прежде, чем прийти в Церковь, мне нужно было сначала выйти из организации свидетелей Иеговы. Стоит сказать, что в 2005 году я был приглашен в качестве сотрудника в главный управленческий центр свидетелей Иеговы в России – это считается очень привилегированным служением. Собственно говоря, для многих свидетелей Иеговы это просто предел мечтаний – оказаться в главном управленческом центре. Он находится в поселке Солнечное под Санкт-Петербургом. Я прослужил там 4,5 года. И, наверное, если бы я туда не попал, то, может быть, я до сих пор оставался бы свидетелем Иеговы.

Отец Георгий: Почему?

Мне стало очевидным: в реальности никакого духовного преображения у свидетелей Иеговы не происходит

А. Григорян: Потому что пребывание там для меня обнажило многие проблемы, которые существуют в организации. Мне тогда было 20 лет – то есть вполне юношеское состояние, такое романтичное. И я оказался в самом сердце организации, там, где служат все самые авторитетные люди, которые занимаются непосредственным управлением организацией здесь, в России. Это целый городок, в котором живет около 300 человек – элита организации, – и 24 часа в сутки они находятся вместе. И вот пребывание там показало мне другую сторону организации. Я воочию убедился, что, собственно говоря, все те немощи, все те страсти, все болячки духовные и душевные, которые были у людей до вступления в организацию, – они с ними так и остались. То есть для меня стало очевидным, что в реальности какого-то духовного преображения там не происходит. И я увидел, что, так сказать, ничто человеческое не чуждо даже самой элите. Это и лицемерие, и обман, и гнев, и сплетни, и алкоголизм, и многое другое. Но это просто помогло мне немножко более объективно смотреть на организацию.

Второй момент был связан с тем, что, находясь в управленческом центре, я имел доступ к очень интересной библиотеке, в которой был раздел, посвященный разным религиям. Собственно говоря, никто никогда этим не интересовался, за исключением переводчиков, которые работают с разными материалами, и им нужно владеть терминологией. В этом разделе было очень много интереснейших книг православных авторов начала ХХ века. Например, работы Н.Н. Глубоковского, разных профессоров Киевской, Казанской, Московской духовных академий. «Толковая Библия» А.П. Лопухина, трехтомная. Я тогда вообще впервые в жизни увидел православную серьезную литературу. И я был просто поражен, потому что, как вы представляете, все люди, находящиеся в таких псевдохристианских организациях, крайне низкого мнения о православной вере и богословии.

Отец Георгий: Боюсь, как бы они после нашей передачи не почистили библиотеку (смеется).

А. Григорян: Может быть, это уже сделали. И вот, я взял эти книги и стал просто из любопытства читать. И чем больше я читал, тем больше я поражался тому, насколько глубоко, интересно и убедительно звучало то, что там было написано. Там были разные темы. Я всегда очень интересовался библеистикой, и мне этого не хватало в организации свидетелей Иеговы, потому что свидетели Иеговы всех этих вопросов касаются крайне поверхностно. У них максимально примитивистское понимание, поверхностное. А здесь я столкнулся просто с кладезем информации, и меня поражало то, что это конец XIX века. А, собственно говоря, свидетели Иеговы предали забвению всю свою литературу не то что конца XIX века, но даже сорокалетней давности. Они ее не читают. И мне было удивительно: как так может быть – такая старая литература, но она такая интересная! И вот тогда у меня, наверное, был сломлен один из главных стереотипов – о том, что духовная жизнь и вообще подлинное богословие невозможны вне организации свидетелей Иеговы. Потому что свидетели Иеговы приучены думать именно так. И тогда у меня начались поиски. Я позволил себе думать независимо, пытаться находить ответы.

Смотрите так же:  Православная церковь в корее

И, конечно, ключевым фактором стало прочтение книги бывшего члена руководящего совета свидетелей Иеговы Реймонда Френца. Это легендарная, удивительная личность – человек, который 60 лет посвятил себя служению организации, из них десять лет был членом руководящего совета – то есть одним из «помазанников», тех самых, которые, собственно говоря, и решают, во что будут верить 7 миллионов свидетелей Иеговы. Реймонд Френц написал книгу под названием «Кризис совести»[1] в 1980 году, потом вторую книгу – «В поисках христианской свободы»[2]. И я нарушил, наверное, самый главный запрет любой авторитарной системы – на чтение источников информации от бывших членов организации. Я читал эту книгу в страхе – представляете, находясь в самом сердце организации, я читал книгу, даже название которой запрещено произносить среди свидетелей Иеговы. Я закрывал дверь, опускал шторы и читал. И помню, насколько меня потрясало всё, что я читал, – это даже можно сравнить с некоторым болезненным состоянием. Это состояние дрожи, состояние ощущения того, как поднимается температура, – это было что-то невероятное. И я читал и понимал, что каждая строчка этой книги рушит тот мир, в котором я находился с 11 лет. И мне становилось, с одной стороны, невероятно радостно от того, что я понимаю истину, а с другой стороны, мне становилось страшно от вопроса: как жить дальше? Эта книга сыграла ключевую роль в моем выходе из организации, который растянулся на несколько лет. Безусловно, выход из организации был очень сложным и для моей жены, которая была в организации с 6 лет.

Отец Георгий: Вы там же и познакомились?

А. Григорян: Да, мы познакомились в организации, поженились и год даже служили вместе с ней в этом управленческом центре. Вся моя семья – родители, братья – являются свидетелями Иеговы. И вся наша жизнь – что моей жены, что моя – была связана со «свидетелями». И я понимал: наш выход приведет к тому, что весь этот мир будет разрушен. Собственно говоря, так и произошло, потому что свидетелям Иеговы запрещено общаться с людьми, которые вышли из организации – которых исключили из-за каких-то грехов и тем более с теми, кто вышел по идейным соображениям. То есть я нахожусь в числе так называемых отступников – со мной нельзя здороваться на улице, общаться.

Отец Георгий: Наверное, был какой-то промежуточный период, когда вас пытались убедить, призвать к тому, чтобы задуматься? И, наверное, довольно большой прессинг пришлось испытать не только вам, но и вашей супруге?

А. Григорян: Конечно. Прежде всего мои родители, очень искренне верующие, прилагали много усилий. Представляете, если с их стороны посмотреть: сын уходит из ковчега спасения? А, как вы знаете, свидетели Иеговы со дня на день ожидают Армагеддон, и понятно, что выход из организации равносилен уничтожению. Тотальному уничтожению, которое грядет при наступлении Армагеддона. И они, конечно, пытались всячески меня образумить. Это было больше эмоционально, чем интеллектуально. И мои друзья и знакомые беседовали. Но, к сожалению, они не слышали меня. В принципе это, наверное, неудивительно. Но прежде чем выйти из организации, я написал несколько писем в Руководящий совет, в Америку. Эти письма не хотели отправлять, когда я находился в управленческом центре, – они касались некоторых вопросов, связанных с переводом «Нового мира» – конфессиональной Библии свидетелей Иеговы.

Отец Георгий: А вы не могли самостоятельно их отправить?

А. Григорян: Будучи вефильцем[3], я хотел, чтобы это письмо отправили не просто почтой, а по внутренним каналам, – чтобы этому письму уделили максимальное внимание. Второе и третье письмо я посылал сам, уже будучи вне управленческого центра.

Отец Георгий: Что было в этих письмах?

Ответы пришли, и они окончательно убедили меня в том, что свидетелям Иеговы поиск истины не нужен

А. Григорян: Разбор тех противоречий и ошибок, которые имеются в организации свидетелей Иеговы. В частности, они были связаны с явными расхождениями с греческим подлинником Нового Завета. Я прорабатывал некоторые вопросы, связанные с конкретными переводческими решениями, потому что они явно расходились с греческим текстом. Я писал об этом. Это письмо было на английском языке, на шесть страниц. Его не хотели отправлять. Мне даже сразу сказали, что это письмо сквозит недоверием к «верному рабу»[4]. Как ты можешь так не доверять? Но я искренне хотел разобраться, потому что ответов не было на эти вопросы. В результате мне ответили. Ответы пришли, и эти ответы меня окончательно убедили в том, что в этой организации поиск истины никому не нужен. То есть закостенелая догма, какой бы она ни была абсурдной, важнее, чем поиск истины.

Отец Георгий: А что они ответили, если вкратце?

А. Григорян: Это была отписка. Они мне написали: «Брат Григорян, мы хотим тебя, конечно, похвалить за то, что у тебя такой настрой в плане постижения Божиего слова, но, знаешь, ты должен ждать, ты не должен бежать впереди организации. Когда Иегова посчитает нужным – он прольет больше света. Верный благоразумный раб в Бруклине даст прояснения. А если он не даст прояснений – продолжай дальше служить и держись крепче организации». Ответов никаких не было. У меня были очень конкретные вопросы, список. Но ни на один из этих вопросов ответов я не получил. И в результате через какое-то время мы с женой написали письмо о выходе из организации. Разослали его всем друзьям, знакомым – у меня было очень много связей со свидетелями Иеговы в разных странах, в СНГ – в Армении, в Грузии, в Казахстане, в Киргизии, Украине. Мы всем разослали, и была встреча со старейшинами моего собрания, они пытались меня увещевать, и наконец нас исключили из организации – на основании этого письма. И дальше весь этот мир для нас был разрушен.

Отец Георгий: Многие, кто прошел похожий путь, кто вышел из подобной организации, необязательно свидетелей Иеговы, переживают «ломку». После того, как они вышли, психологически очень тяжело. Действительно, мир разрушен. Что помогло вам на этой стадии?

А. Григорян: Безусловно, я даже боюсь представить, что было бы, если бы моя жена, скажем, решила остаться в организации. Я знаю такие примеры. У меня немало знакомых, которые ушли из организации, а их жены там остались. Или наоборот – жена ушла, а муж остался. Я знаю, как это сильно осложнило их жизнь, в некоторых случаях привело к разводу, к разрушению семьи. В некоторых случаях это привело к тому, что люди остались без детей, потому что было принято решение стороной, находящейся в организации, намеренно не рожать. Конечно, мы с женой друг друга поддерживали, но также мне помогало осознание того, что я освободился. Я свободен и теперь могу сам уделить достаточное время тому, чтобы изучить и исследовать Священное Писание с разных сторон. Я понял, что теперь передо мной невероятно богатый выбор возможностей в плане изучения Священного Писания. И это осознание того, что я могу свободно, без каких-то изначальных рамок изучать Библию, меня очень сильно окрыляло. И несколько лет ушло на то, чтобы просто пересмотреть все свои прежние представления, начиная с самого начала от книги Бытия и до конца. Меня это очень сильно захватывало, и несколько лет я был в такой стадии внеконфессионального христианства.

Отец Георгий: Буквально вчера мне попался на глаза рассказ одного американца – бывшего свидетеля Иеговы. У него «свидетелями» стали еще дедушка с бабушкой, потом родители – то есть он был «свидетелем» уже в третьем поколении. И вот он говорит: первым, что начало выводить его из организации, было чтение английского перевода Библии версии короля Иакова. Наверное, не все знают, что у свидетелей Иеговы свой собственный перевод Библии, который в общем-то является в значительной степени искаженным под вероучение этой организации. И для американца это было откровением, что на самом деле текст другой. И этот канонический, классический перевод, близкий к нашему синодальному переводу, для него стал мостиком к тому, чтобы в итоге прийти в Православную Церковь. А как в вашем случае было? Как ваш многолетний поиск привел вас именно в Православие?

А. Григорян: Прежде всего это было связано с осознанием того, что на поверку Священное Писание оказалось не самоочевидным, не самодостаточным, как это утверждается в классическом протестантском тезисе sola scriptura[5]. Потому что чем больше я интересовался пониманием Писания, тем больше сталкивался с различными интерпретациями. И дело касалось не только вариантов истолкования, но и герменевтических подходов, экзегетических методов. Я понимал, что очень существенен вопрос самой текстологии. То есть какие чтения тех или иных кодексов более аутентичные, более древние?

Я осознал: Священное Писание невозможно понять вне живой традиции

Это увлечение библеистикой привело меня к осознанию того, что на самом-то деле именно определенная конфессиональная традиция по большому счету и определяет, что считать Библией. Я узнал, что, оказывается, существуют книги, которые включаются издревле в текст Священного Писания – так называемые неканонические книги. В протестантском мире они отвергнуты как апокрифы. Узнал о том, что существуют разные текстологические основы Ветхого Завета – масоретский текст, Септуагинта. И это всё привело к осознанию того, что в действительности Священное Писание невозможно понять вне той традиции – живой традиции, – в которой этот текст был окончательно сформирован и родился. Это привело меня к поиску первоистоков. Я понял, что эта общепротестантская идея, будто бы, читая Библию, я на самом деле вижу в ней то, во что я верю, в действительности несостоятельна. Это все так утверждают: «Мы никакой смысл не вкладываем, мы просто извлекаем смысл, который лежит на поверхности». Я понял, что это иллюзия. Это не работает. На самом деле текст и понимание текста – это не тождественные вещи.

Отец Георгий: Это были люди, которые воочию видели апостолов Христа, лично учились от них.

Свидетели Иеговы учат: после смерти апостолов наступает тотальное отступничество, истины нет. Но это крайне богоборческая теория!

А. Григорян: Вот это меня поразило больше всего, потому что, как вы знаете, у «свидетелей» есть теория, согласно которой после смерти апостолов наступает тотальное отступничество – то есть уже во II веке истины нет. Мне всегда эта теория казалась очень странной, хотя бы потому, что она делает из апостолов плохих учителей – то есть получается, что они не смогли создать общины и так наставить их, чтобы они после их смерти остались верны тем идеям, которые, собственно говоря, апостолы проповедовали. В какой-то момент я просто понял, что это крайне богоборческая теория.

Отец Георгий: Если из двенадцати апостолов ни один не смог создать такую общину, тогда вопрос уже к Господу, Который выбирал апостолов.

Знакомство с творениями мужей апостольских стало самым важным шагом к изучению Православия

А. Григорян: Да, это тотальное поражение Христа. Это поражение Бога, если считать, что Божие дело рассыпалось после смерти апостолов. И получается так, что сила Евангелия коренилась в самих апостолах, а когда апостолы умерли, всё это дело развалилось. Мне эта теория казалась очень искусственной. Поэтому, когда я осознал, что читаю тексты людей, которые лично знали апостолов, которые были поставлены ими на служение, – меня это потрясло. И когда я прочитал все эти тексты – я увидел, что традиционное христианство – это, по большому счету, то христианство, которое было у апостольских мужей. Исповедание Божества Христа, молитва Христу, епископат, Евхаристия, то есть понимание Евхаристии именно то, которое есть в Православной Церкви, а также идея о загробном воздаянии. Все эти вещи свидетелями Иеговы отрицаются и считаются более поздними наслоениями – чуть ли не IV века. А здесь мы это видим на стыке I–II веков. И вот это было самым важным шагом к изучению Православия.

Отец Георгий: Могу предположить, что после пятнадцати лет, проведенных у свидетелей Иеговы, даже при том, что вы вышли, даже при том, что в какой-то степени распрощались с прошлым, у вас сохранялись еще некоторые представления, привычки и ожидания, которые не совпадали с той реальностью, с которой вы встретились, придя в Православную Церковь. Наверняка приходилось в чем-то себя переучивать, к чему-то привыкать, что-то было непривычно, что-то было странно, чего-то не хватало. Может быть, расскажете об этом? Как осуществился тот переход от интеллектуального убеждения в том, что Церковь Православная основана апостолами, к собственно практике православной жизни? В чем здесь были сложности?

Очень важно показать людям подлинную христианскую жизнь. И уже потом обсуждать концептуальные идеи

Часто люди, которые полемизируют с сектантами, удивляются: почему не действуют аргументы? Казалось бы, мы приводим убедительные аргументы: богословские, экзегетические, исторические, просто логические, – но это не работает. А не работает потому, что людей в свое время не аргументы убедили. Поэтому их и сейчас аргументы не убеждают. Их убедило что-то другое. И поэтому, на мой взгляд, очень важно показать людям просто христианскую жизнь. И уже потом обсуждать концептуальные идеи.

Отец Георгий: Очень важно знать, что и сейчас в Православной Церкви эта жизнь идет. Может быть, не в каждом храме есть все возможности для того, чтобы наладить такую общинную жизнь, какую вы упоминаете, но в плане богатства и духовной жизни, и аскетической практики, и возрастания в вере и любви Православие много чем может удивить и удивляет бывших свидетелей Иеговы и протестантов. Я благодарю вас за ваш рассказ, за то, что вы пришли и засвидетельствовали о своем пути. Дай Бог, чтобы те люди, которые были вам дороги, когда вы находились в организации свидетелей Иеговы, также нашли свой путь к истинной вере, к Православию. И да поможет вам Господь!

А. Григорян: Большое спасибо.